Алекс Белл - Жасмин

Я звонила и звонила на свой домашний, пока не кончились деньги на SIM-карте. После я отшвырнула мобильник подальше и свернулась калачиком на полу, вокруг своей разбитой скрипки. Мой разум переполняли воспоминания о Лиаме: первый день в школе — когда он на площадке назвал меня Снежной принцессой; все те случаи, когда он защищал меня в школе, будучи мои рыцарем в сияющих доспехах, без страха и упрека; день — когда он подарил мне скрипку; когда мы ездили в Мюнхен и ели «Лебкухен», запивая его пряным глинтвейном, и все это под снегопадом; день нашей свадьбы и день его смерти у озера, когда от него не осталось ничего, кроме пустой оболочки, которая и была доставлена в больницу. Какой во всем этом был смысл? Я ненавидела его за то, что он умер и оставил меня разбираться во всем самой. Ну почему он не мог войти сейчас в номер, взять меня на руки, убаюкать и сказать, что все будет хорошо?

Я свернулась на полу, накрыла голову руками и забылась беспокойным сном на час-другой. Когда я проснулась и увидела ковер, то немедленно пожалела о том, что не могла сбежать обратно в сон и небытие. Уже наступило утро, но я не чувствовала, что отдохнула от событий, произошедших накануне. Поэтому я полежала еще какое-то время на полу. Я не выспалась и думала, что снова усну, но безрезультатно. Мне просто хотелось больше никогда не шевелиться.

Но какое-то время спустя, мою печаль постепенно сменил гнев, и я преисполнилась холодной решимости. О чем я только думала? Лежала здесь и жалела себя. Я резко села, убрала со лба спутанные волосы. Я больше не буду беспомощной жертвой. Скрипка уничтожена. Что сделано, то сделано. Словами её не вернешь. Придется просто научиться жить без неё, как я научилась жить без Лиама.

Мне слабо верилось, что Бен ищет лебединую песню ради Хайди. Мне вдруг подумалось, что я совершенно не могу представить Бена, способного на все ради любви.

Она, скорее всего, бросила его, вот откуда у него её кольцо. Ну и поделом ему! История, которую он мне рассказал, наверняка, продуманная уловка, хитрость, чтобы я нашла лебединую песню и вручила ему прямо в руки. Ну что ж, найти я её найду, но не отдам Бену.

Глава 17

Затерянная в горах

Первое, что мне нужно было сделать, это убраться подальше от Бена. Теперь мы будем искать лебединую песню порознь. Он определенно будет не в своей тарелке после содеянного, и я боялась его. Недостаточно, чтобы помешать в попытке обойти его в поисках песни, но довольно, чтобы мне хотелось бежать от него, куда глаза глядят. Я не могла теперь без содрогания вспоминать, как мы сидели на этой кровати, один на один, и он прижимался ко мне как ребенок.

Может быть, вдруг пришло мне на ум, именно поэтому его мать была так резка со мной, когда я сказала, что хочу поддерживать с ним связь. Возможно, она знала, на что способен её сын, и хотела, чтобы я, ради своей же безопасности, держалась от него подальше. Возможно, она просто не хотела обнародовать тот факт, что ее сын психически неуравновешен, что он хотел причинить мне боль — любыми способами. Именно поэтому он сломал мою скрипку. Но единственное, чего он добился — разозлил меня. Жажда мести — уродливое чувство, но, по крайней мере, оно придавало сил.

Как же мне хотелось заставить его заплатить. Ну, ничего-ничего, я ударю еще больнее.

Я заставила себя спуститься на второй этаж, в свой номер, немного нервничая, вдруг он был там.

Но мне повезло, его здесь не было, поэтому я быстро собрала вещи — включая каждый кусочек скрипки — и вышла к машине. Но той не оказалось на месте. Её забрал Бен. Когда я вернулась в его номер, то обнаружила, что все его вещи исчезли. Должно быть, он пришел и собрался, как только я покинула его комнату. Судя по всему, он изначально собирался уехать после того, как сломал скрипку.

Не осталось даже зубной щетки, так что, не думаю, что он вернется. Поэтому я заплатила по счетам, вызвала такси и переехала в другую гостиницу. Я не хотела, чтобы он знал о моем местонахождении. Мне нужно было затаиться, пока я не решу, что делать дальше. Я понятия не имела, куда делся Бен, оставалось только гадать. Может, теперь он с Лукасом искал лебединую песню, а может, и один. Все, что я знала — Лукас мог сообщить ему, кто такой Анри Роль-Танги, и они могли отправиться искать его вместе.