Администратор - «Кэйт

пледом. ─ Хочу снять туфли, ─ выскальзываю с его объятий, наклоняюсь, чтобы расстегнуть

застежку.

─ Позволь мне, ─ наклоняется, очень ловко расстегивает ремешок, массирует ногу.

Сжимаю зубы, чтобы не застонать от удовольствия. Он тянется к другой ноге и повторяет свои

действия. Теперь я издаю громкий стон.

─ Снять чулки?

Утвердительно киваю в ответ.

Медленно ведет кончиками пальцев по ноге, тянет чулок вниз. Тоже проделывает с

другой. Кусаю губу. Слишком хорошо. Тяну Лиама назад, укрываю пледом. Он дарит мне

кривую улыбку.

─ Мне нравится, что тут тихо.

Мы просто лежим и слушаем, как ветер колышет листья деревьев. Кладу голову на

плечо Лиама. Чувствую необходимость дотронуться до него. Смотрю в его лицо, встречаюсь

взглядом. Уголки его рта приподнимаются, он наклоняется, чтобы поцеловать меня в макушку.

─ Мне жаль.

─ Спасибо, ─ прижимаюсь ближе. ─ Я действительно имею в виду все то, что сказала,

─ перехожу на шепот. ─ Если тебе это нужно… Если это поможет…

─ Эй, ─ смотрю на него. Он слегка мотает головой, обнимает покрепче. Тянет вниз,

теперь мы лежим. Поворачивается боком ко мне, и я делаю тоже самое.

─ Кэйт… Ты не представляешь, насколько сильно ты нужна мне.

Наклоняется. Оставляя нежный поцелуй на губах. Поднимаю руку, касаюсь щеки. Его

щетина такая мягкая. Хмурюсь. Мы так мало знаем друг о друге. Провожу кончиками пальцев

по лбу.

─ Ты часто разговариваешь с родителями? ─ своим вопросом он удивляет меня.

─ Каждое воскресенье я звоню им. Мама занята папой. Он инвалид, ─ мы встречаемся

глазами. ─ У него синдром хронической усталости, который приковывает его к постели. Эта

болезнь намного хуже, чем звучит.

─ Мне жаль, ─ бормочет.

Пожимаю плечами.

─ Мы стараемся не зацикливаться на плохих моментах болезни. Родители настаивают

на том, что его болезнь не является трагедией.

─ Что ты имеешь в виду? ─ заправляет прядь моих волос за ухо. Костяшками пальцев

ласкает щеку.

─ Ну, для начала, мы никогда не спорили о том, что он должен делать, а чего нет. Они

настаивали, чтобы я никогда не использовала его болезнь, чтобы не делать что-то, что мне не

нравится. После того как я ушла из дома, я поняла, что они делали все для меня, ─ качаю

головой. ─ Они не могли присутствовать на всех школьных мероприятиях или открытых

занятиях, на кружках, но их интересовало все. В конце дня я была обязана рассказать обо

всем, что случилось со мной за день, ─ усмехаюсь собственным воспоминаниям. ─ Они

заставили меня усердно работать и добиваться всех поставленных целей, поощряя или ругая

за определенные действия. Позволяли совершать ошибки, которые многому научили меня.

─ Они любят тебя.

─ Так и есть.

─ Давно он болен?

─ Двенадцать лет.

Лиам хмурится.

─ Двенадцать лет, ─ бормочет он.

─ Да, ─ шепчу. Я знаю, что он сейчас думает о собственной матери. ─ Ты сказал, что

твоя мама умерла двенадцать лет назад? ─ он перестал дышать. Понимаю, что это из-за моего

вопроса, и это ранит меня. Опускаю глаза. Не хочу видеть его боль.

Он резко вздыхает, перекатывается на спину и закрывает лицо руками.

─ Не делай этого, сладкая.

─ Не делать что?

─ Не хочу, чтобы мои проблемы с прошлым причинили тебе боль, ─ опускает руки,

поворачиваясь ко мне.

─ Возможно, тебе нужно поговорить с кем-то из друзей? ─ мой голос едва громче

шепота. Он знает Миранду очень давно. Он доверяет ей? Чувствую укол ревности при

воспоминании о ней.

─ Не хочу, чтобы кого-либо заботило мое дерьмо.

Наматывает локон на палец. Что-то обдумывает. Между бровями появляется маленькая

морщинка. ─ Ты что-то сделала с моим сердцем, ─ тихо говорит он.

Моргаю.

─ Что?

Забываю, что нужно дышать.

─ Забрала его себе, сладкая, ─ его завораживающие голубые глаза утаскивают меня в

свои гипнотизирующие сети. Не могу дышать. Я в ловушке. Мир вокруг нас исчезает. Лиам

слегка приподнимается, опирается на локоть и наклоняется, даря мне сладкий и глубокий

поцелуй.

Руки обвивают шею, скользя, зарываются в волосах. Он растегивает рубашку, скользит

языком по коже, кусает сосок, а рука находит чувствительное место между моих ног. Выгибаю

спину, издавая стоны, пока он входит в меня двумя пальцами. С силой кусает за сосок. Это

сладкое удовольствие сквозь боль.

Чувствую жар его тела.

─ Блядь, я так люблю когда ты мокрая для меня.