user - Мэг Кэбот

склоне холма. Спускаться с горы куда легче, чем взбираться на нее – я ни за что не смогла бы

въехать на велосипеде вверх по склону и прекрасно представляла, как буду с трудом

тащиться обратно домой, – но вот от спуска аж дух захватывало. Я имею в виду, что холм

был такой крутой, дорога так петляла, а ночной воздух был такой холодный, что почти всю

дорогу у меня замирало сердце и по щекам струились слезы от ветра. А эти рытвины…

Боже! Как же больно ударяло это дурацкое сиденье, когда я попадала в очередную

рытвину.

Но спуск с горы еще не самое худшее. Очутившись у подножия холма, я угодила на

перекресток. Это оказалось куда страшнее спуска, потому что там, несмотря на ночное

время, ехали машины. Одна из них загудела на меня. Но я же не виновата, что неслась во

весь опор, потому что катилась с горы и все такое, а если бы остановилась, то, наверно,

перелетела бы через руль. Поэтому я продолжала ехать, по дороге едва избежав столкновения

с грузовиком, и вот – одному Богу известно, как это у меня получилось, – я уже въезжала на

школьную стоянку.

Ночью миссия выглядит иначе, чем днем. Во-первых, днем парковка всегда забита

машинами учителей, учеников и туристов, посещающих церковь. Сейчас же стоянка

пустовала, вокруг не было ни единой машины, и стояла такая тишина, что можно было

услышать, как далеко-далеко волны набегают на Кармел-Бич.

Другое отличие состояло в том, что, наверное, ради туристов для подсветки некоторых

частей здания, в частности купола – он был весь залит огнями – и переднего фасада церкви с

огромным арочным проходом, здесь установили прожектора. С задней стороны здания, где я

и припарковалась, было очень темно. Что меня вполне устраивало. Я припрятала велосипед

за мусорным баком, оставив шлем болтаться на ручке руля, и пробралась к окну. Похоже,

миссию построили тыщу лет тому назад, во времена, когда и слыхом не слыхивали о

кондиционировании воздуха или центральном отоплении, так что домá возводили с очень

толстыми стенами, чтобы сохранить прохладу летом и тепло зимой. Это означало, что все

окна в миссии вдавались в стену почти на полметра, а с другой стороны кирпичная кладка

еще на полметра уходила в комнату.

Я вскарабкалась на одну из таких оконных ниш и первым делом огляделась, не видит

ли меня кто-нибудь. Но вокруг не было ни души, кроме парочки енотов, которые шныряли

вокруг мусорного бака в поисках объедков. Тогда, приложив сложенные лодочками ладони по

бокам лица, чтобы загородиться от лунного света, я заглянула внутрь.

Это оказался класс мистера Уолдена. В свете луны я видела его почерк на классной

доске и большой постер с его любимым поэтом Бобом Диланом41, висящий на стене.

Секунды хватило, чтобы высадить стекло в одном из окон, окруженных старинными

железными рамами, сунуть руку внутрь и отодвинуть задвижку. Самое трудное в этом деле

не разбить стекло и даже не пролезть рукой внутрь, минуя осколки. Главное – вытащить руку

обратно и при этом, как водится, не порезаться. Я была в своих лучших перчатках в стиле

охотников за привидениями42 – толстых, черных, с резиновыми фиговинами на костяшках, –

но прежде я все равно умудрялась порезать рукава и исцарапать руки.

На этот раз обошлось. Плюс ко всему, окно открывалось наружу, а не вверх и

распахивалось достаточно, чтобы девушка моей комплекции смогла пролезть внутрь.

Временами случалось, что я вламывалась в места, которые на поверку оказывались снабжены

сигнализацией, – в результате я как-то совершила неудобную поездку на заднем сиденье

машины, принадлежавшей одному из «бравых молодчиков Нью-Йорка»43. Слава Богу, миссия

еще не обзавелась современной охранной сигнализацией. В общем-то, как оказалось, их

система безопасности состояла из запертых дверей и окон да упования на божий промысел.

Что меня уж точно устраивало.

Оказавшись в классе мистера Уолдена, я тут же закрыла за собой окно. Нет смысла

привлекать внимание тех, кому приспичит бродить по окрестностям, – если кому-то все-таки

приспичит. Маневрировать между столами было легко, поскольку ярко светила луна. И когда

я, открыв дверь, вышла в переход, то обнаружила, что и там фонарик мне не нужен.

Внутренний двор был залит светом. Судя по всему, миссию из-за туристов закрывали очень

поздно, потому что под карнизом перехода прятались большие желтые прожектора, которые