Андрей Левицкий - Мастер игры. Лаг

Все молчали. Атила покосился на Большого, который зажал бороду в кулак и дергал ее, на Яну. Когда, поджав губы, она слегка кивнула, он выразил общее мнение:

– Веди, Странник.

Он и сам не заметил, как вслед за другими перешел на "ты" с этим таинственным человеком, голос которого лился будто из синтезатора. Если Знахарь – главный программист игры, может, Странник тоже из руководства "Русо‑Вирта"? Уж не сам ли это Сергей Багров?

Глава 8

Глава 8

Над головой багровело, переливаясь мрачными красками, небо. Странник уверенно шагал между деревьев. Похоже, искажения он чувствовал заранее, легко обходил их. Но далеко пройти по лесу не успели: у Атилы вдруг подкосились ноги, перед глазами потемнело. Затошнило, в уши будто натолкали вату. Чтобы не упасть, он схватился за дерево, прижался к нему.

Подобное уже было, когда они приближались к Долине, но тогда накрыло всех троих, а теперь только его. Да и ощущение отличались – в прошлый раз больше напоминало острейший приступ мигрени, а теперь слабость и тошнота. И в боку колет, вроде почечная колика. У него они пару раз случались после аварии.

Голос Яны донесся гулко, издалека:

– Что с тобой? – она потрясла Атилу за плечо. – Ты меня слышишь?

Ушедший вперед Странник обернулся и сказал:

– Поспешим. Гон близко.

Атила кивнул, сглотнул и оттолкнулся от дерева. Перед глазами медленно светлело, словно кто-то крутил верньер, добавляя яркость. Вот в бурой темноте обозначились стволы деревьев… силуэты людей… Он промямлил, делая осторожные шаги:

– Все… все в порядке. Сейчас, иду.

Эльфа заглянула ему в лицо:

– Давно ты в игре?

– Да вроде не очень. Я как-то счет времени потерял. Так вышло, что перед тем, как подключиться, долго ничего не ел. С самого утра, да и позавтракал, считай, одним чаем.

– А какой ты костюм используешь?

Атила покосился на нее. Говорить, не говорить?

– "Сенсорика".

Яна моргнула, приоткрыв рот, но быстро справилась с эмоциями, попыталась сделать вид, что все хорошо. Противно за ними наблюдать, когда они лицемерят и делают вид, что перед ними не калека, а здоровый человек. Особенно когда они пытаются улыбнуться, хлопают по плечу и, глядя в сторону, говорят виновато: "Не переживай, все наладится".

Большой настороженно озирался, заведя руку за плечо и держась за палицу. Странник вернулся к ним и молча встал рядом. Вот у кого виртуозно получается скрывать свои чувства.

– А что за "Сенсорика" – спросил Большой. – Какая разница, какой у тебя костюм?

– Я калека, в реале не могу ходить. Вообще, этьо не ваше дело. Все, идем, мне уже лучше.

И тут Яна, решив разрядить обстановку, напала на Большого:

– Ну, чего уставился? У самого, наверное, немецкий "Грюндиг" с вентиляцией, дренажом – все дела!

– Да нет, я… – начал тот растерянно, но Атила перебил его:

– Идем, мне действительно лучше.

Когда он зашагал вслед за Странником, Яна догнала и спросила:

– А чем ты костюм зарядил?

– В том-то и дело, что ничем. Даже питьевой кассеты нет, хотел через два-три часа выйти.

– Плохо. Радует только то, что у вирт-костюмов отличная вентиляция…

– У этих – не отличная, – перебил он. – Эта модель с дополнительным сенсорным слоем, я читал на спец-форумах, из-за него вентиляция у костюма сильно снижена. "Русо-вирт" официально про это, конечно, ничего не говорит, но на деле в таких костюмах пока что рекомендуют находиться не больше шести часов подряд. Это же новая модель, в следующих модификациях проблему может и решат, но пока что…

– Тогда как медработник заявляю: если за сутки не свалишь отсюда… ну, ты понял. Тело в вирт-костюме, без подключенных к нему дополнительных систем жизнеобеспечения, быстро обезвоживается и преет.

– Тут эта проблема в полный рост, – вздохнул Атила. – Обезвоживание, как я понял из дискуссий на форумах, еще усиливается от активного взаимодействия с костюмом. В этой штуке мозг в форсированном режиме работает, обмен веществ ускоряется… Эх.

Яна покачала головой:

– Да, паршиво тебе. А при голодании из организма начинают интенсивно выходить шлаки, слышал? Они идут на слизистую, на кожу… Из-за этого во время голодания желательно, к примеру, чаще мыться. Чистить язык, между прочим. И клизму ставить. А ты лежишь неподвижно, с ног до головы запеленутый в костюм… Да у тебя "сухая голодовка", считай, началась. Ты сейчас просто отравишь сам себя. Уже отравляешь, с каждым часом все сильнее. Очень опасно.

Большой, слышавший ее слова, возопил: