Тея Лав - Обреченные

Я кивнула. Джек обошел кухонный островок, поцеловал меня в макушку и вышел из кухни.

24.

Картер.

- Вам часто снятся кошмары, Картер?

Я удивленно вскинул брови на доктора Морриса.

- Мне не снятся кошмары. И это ваши результаты?

- Вовсе нет. Я наблюдал за вашим сном всю ночь.

- Вы наблюдали за моей мозговой активностью, - напомнил я ему. – Не говорите так, будто вы Фрэдди Крюгер.

Доктор Моррис сначала улыбнулся, а затем негромко рассмеялся.

- Мне нравится ваш независимый юмор, Картер.

- Независимый юмор? Что это еще значит?

- Вы этого даже не замечаете. Но вы скованы в общении со мной. – Он проигнорировал мои вопросы. – Вы не больны, я повторяю.

- Спасибо, - я стиснул зубы. – Мне ясно. Ну, так что вы там посмотрели на этой диаграмме?

На столе между нами лежали непонятные для меня бумаги. Доктор Моррис взял одну из них и потер подбородок.

- Так кошмары вас не беспокоят?

- Я думал, вы знаете ответ на этот вопрос.

- Да, - подтвердил он. – Когда вы спите, вы видите сны.

- Вау, - саркастично охнул я.

Он не обратил на это внимания.

- Вы не помните ничего из своего детства, Картер.

- Ошибаетесь.

- Я имею в виду до того момента, как вошли в семью Холмес. Ваши родители погибли, и вас недолго растил дедушка. Вы помните то время?

Мне не пришло не единого воспоминания.

- Вы думаете, что у меня психологическая травма на почве потери родителей и входа в новую семью?

- Я этого не исключаю. Но сомневаюсь. Действительно, сомневаюсь. Как психолог и невролог. Вы не видите сны, а скорее всего воспоминания. Ваш мозг не может с ними справиться. Вам нужно вспомнить. Разум борется, но не может. Эти воспоминания, не обязательно могут быть плохими.

- Какой-то бред, док. Так я смогу спать?

- Да, Картер. Как только вспомните.

Мне надоел этот бессмысленный разговор.

- Что ж, спасибо. Надеюсь, больше не увидимся. – Я поднялся на ноги, намереваясь уйти.

- А я надеюсь в обратном. – Доктор Моррис поправил очки. – Поговорите с отцом или с кем-то еще из старших родственников. Я буду ждать вас.

Попрощавшись, я вышел из кабинета.

Я был разочарован. Думал, что этот центр действительно мне поможет, но они мне только промыли мозги. С таким же успехом, я мог посетить психушку.

* * *

Въехав в ворота дома, я убедился, что машины Кейли нет. В последнее время, она часто остается здесь, и я ее избегаю. Меня все меньше беспокоит ее поцелуй с тем парнем и те дни, что она с ним провела. На меня напало какое-то безразличие и злость на Лукаса за то, что он отчаянно пытается все уладить между нами. Он столько лет ничего не замечал, невольно вдалбливая мне в голову о невозможности быть с ней, что его обратные действия приводят меня в бешенство.

«Остаюсь у Эм. Извиняюсь вином и пинчо. И попробуй только ухмыльнуться, козел!»

Вся моя злость мигом улетучивается. Губы растягиваются в улыбке, и я громко смеюсь, откидываясь на сидение с телефоном в руке. Надеюсь, у них сложится.

Сэм встречает своей улыбочкой.

- Картер.

Отец появляется в футболке и домашних штанах.

- Ты сегодня останешься?

Я киваю и указываю на его штаны:

- Давненько тебя таким не видел. Не хватает бутылки пива и небольшого брюшка.

- Ну, пиво могу пообещать, а вот на счет брюшка, - он смеясь, пожимает плечами. – Сегодня я дома, и хочу поговорить с тобой.

Он проходит по коридору и заходит в бильярдную, свое излюбленное место в доме. Я следую за ним. Отец берет кий и, убрав треугольник, делает первый удар по шарам.

- Расскажи мне.

- Что?

Я стаскиваю рубашку и тоже беру в руки кий.

- Ты ведь от доктора Морриса.

Отец делает еще пару ударов и наконец, промазывает. Он смотрит на меня, явно ожидая не моей очереди, а ответа. Я забиваю два шара в правую лузу и говорю так, как есть:

- Он промыватель мозгов. Психолог.

- Есть разница, - возражает отец.

- Да, но… - я снова бью по шарам. – Он говорит, что я не могу кое-что вспомнить. Мои проблемы со сном связаны с детскими воспоминаниями, которых я не помню до того, как ты усыновил меня. Это какая-то ерунда. Я рос в хорошей семье. Ты ведь не из приюта меня забрал.

Его очередь бить, но после моих слов, его кий замирает над шаром. Я, молча жду, но ничего не происходит.

- Что такое, отец?

- Если бы я знал.

- Что? – Я еле сдерживаюсь. – Чего я не знаю?

- Картер. Раньше с тобой такое было не часто. Все думали, что твоя бессонница связана с потерей родителей и деда. Но потом выяснилось, что ты вообще этого не помнишь.