Chinenkov - Gospodin SP

– И всё же нам пора расстаться, – сказала Мадина. – Мне очень жаль, но время наше вышло.

«Быстренько прощайтесь, голубчики, больше вам не увидеться», – озлобленно подумал Сибагат Ибрагимович, и ненависть, страшная, порывистая, оттолкнула его от калитки. Поднимаясь по ступенькам на террасу, Халилов нервно потирал кисти рук. Он был возбуждён, глаза сверкали, но он держал в узде бушующие внутри чувства.

– Нет, не быть по-вашему, – прошептал он зловеще, укладываясь в кровать. – Никогда не быть по-вашему, голубчики! Я не для того выращивал Мадину, чтобы…

И вдруг его будто озарило. Злоба в груди угасла, а на смену ей пришли злорадство и… Сибагат Ибрагимович закрыл глаза и погрузился в сладкий сон с улыбкой на губах, как счастливейший из людей, очень довольный собой и своей безоблачной жизнью.

6

Церемония приведения вновь поступивших на службу судебных приставов к присяге была назначена на пятницу в здании Общественного собрания. Большой зал был уже переполнен гостями, а приглашённые всё подходили и подходили. Офицеры в мундирах, бряцанье шпор и сабель. Следом за ними чиновники во фраках. Тут же молодые кавалеры с дамами…

В последний момент к двери подбежал опоздавший, но дворецкий преградил ему путь.

– Моя фамилия Мавлюдов, я приглашён на церемонию, – запротестовал Азат, пытаясь войти в зал.

– Не могу… Не положено, – отвечал дворецкий с непроницаемым лицом.

– Но церемония только начинается! – настаивал Мавлюдов.

– Вот потому и не положено, что церемония уже начинается, – глядя на часы, возражал дворецкий.

– Я чиновник судебной канцелярии! – возмутился Азат. – Я…

– Всё одно не велено, – спокойно отозвался дворецкий, давая понять, что разговор окончен.

К двери подошёл ещё один господин, кивнул дворецкому и пожал руку Мавлюдову.

– А ты чего не в зале, Азат? – спросил он с едкой усмешкой.

– Этот же вопрос можно адресовать тебе, господин Бурматов, – ответил Мавлюдов и кивнул на дворецкого. – А я вот припоздал, понимаешь ли, чуть-чуть и теперь меня не пускают.

Бурматов перевёл взгляд на дворецкого и укоризненно покачал головой:

– Чего же это ты, милейший Игнат?

– Не велено пускать опоздавших, – пожимая плечами, ответил тот.

– А отсюда за церемонией понаблюдать позволишь? – поинтересовался Мавлюдов.

Дворецкий пожал плечами и посторонился. Бурматов и Мавлюдов заглянули в зал: батюшка как раз приводил к присяге судебных приставов, стоявших перед ним в ряд.

– Ого, какой один в строю здоровенный! – удивился Бурматов. – На целую голову выше всех остальных!

– Это Кузьма Малов, – усмехнулся Мавлюдов. – Каланча, а не человек. Сам видел, как он своими ручищами подковы разгибает.

Из зала послышался зачитываемый текст присяги.

– Сколько живу, часто слышу о судебных приставах, а вот чем они занимаются, так и не удосужился поинтересоваться, – пробубнил задумчиво Бурматов.

– У них обязанностей – непочатый край, – глядя в зал, сказал Мавлюдов.

– Суд охраняют? – хмыкнул Бурматов.

– Это только одна из многих. Они ещё разыскивают должников, их имущество, на которое накладывают арест. И ещё они занимаются поисками преступников и их доставкой в суд для дальнейшего разбирательства.

Из зала послышались аплодисменты.

– А что им только что вручили? – недоумённо вскинул брови Бурматов. – Чему так рады господа судебные приставы?

– Им выдали свидетельства о вступлении в должность с указанием местности, назначенной для жительства, – ответил Мавлюдов, меняясь в лице. – А ещё им выдали особые знаки и особые печати…

– Что это с тобой, Азат? – заметив перемену в настроении собеседника, поинтересовался Бурматов. – Ты как будто самого шайтана увидел.

Он проследил за взглядом Мавлюдова.

– А что, красивая девушка, – сказал он одобрительно. – Как её зовут?

– О ком это ты?

– О той черноволосой красавице, которая стоит рядом с Сибагатом Халиловым, – с усмешкой ответил Бурматов.

– Это его племянница Мадина, – нехотя пояснил Мавлюдов.

– А чего ты пялишься на неё? – поинтересовался Бурматов с издёвкой. – Уж не влюбился ли?

– Нет, мы с девушкой просто друзья.

– А она так смотрит на того огромного пристава, что оторваться не может, – поддел Бурматов.

– Это тебе только кажется, – прошипел Мавлюдов, начиная злиться. – Девушка первый раз на церемонии и поэтому полна восторженных эмоций.

– Ты должен быть с ней рядом? – ухмыльнулся Бурматов. – Признайся, Азат!