Tigerman: - Мастер Рун

— В некотором роде да. Но, я думаю, Том намерен использовать их в качестве пушечного мяса, — сказала Луна, по привычке покусывая кончик карандаша.

— Это точно. Они не боятся закона или последствий своих действий. Они не думают о том, что случится с их детьми. Единственное, чего так боятся Пожиратели — сам Волдеморт!

— Волдеморт… Пожиратели… Смерти… — медленно сказала Луна. — Так много связано со смертью. Они боятся ее больше, чем что-либо еще. Расстаться со своей жизнью. Пожиратели Смерти боятся быть убитыми Волдемортом, в то время как он просто боится смерти.

— Разве не все мы в какой-то степени опасаемся загробной жизни? — неторопливо произнес Гарри, чувствуя, что им удалось понять что-то важное.

— И да и нет. В их случае это не жизнь после смерти. Это сама смерть. Тот самый момент их гибели. Будет ли страшно? Больно? Это путешествие, а не пункт назначения. Если бы они увидели олицетворение своей смерти, это бы потрясло их сердца и разрушило их суеверия.

— Мрачный Жнец, - пробормотал Гарри. — Я должен стать Мрачным Жнецом для них, и они не узнают меня.

— Я понимаю, это может показаться странным… — начала Луна, — но это значит, что тебе придется убить их, иногда даже в присутствии свидетелей. Вот так слухи быстрее распространятся, и это единственный способ насильственного воздействия, противостоящий террору Волдеморта. Ты сможешь убить человека? Ты понимаешь, что собираешься стать своего рода замаскированным разбойником?

Гарри опустил голову, позволяя молчанию затянуться. Луна не собиралась оставлять эту тему.

— Да, я это сделаю. Это аморально, я знаю. Казнить без суда. Убивать вместо тюремного ареста. У них нет возможности искупления. Просто… они уже убили так много людей! Они снова будут убивать по собственной воле. Я намерен убить только отпетых преступников. Остальным можно дать время на раздумья. Мне, вероятно, придется убить Макнейра, который, кажется, слишком уж наслаждается своей работой палача. Авроры никогда не поймают его.

— А кто же тогда поймает? — продолжила Луна.

— Я… я действительно не знаю. Я должен поговорить с Драко, пересмотреть судебные записи о последней войне. Это будет нелегко. Думаю, я должен допросить их. Используя сыворотку правды. Я не знаю, как еще… Как быть уверенным…

Луна смотрела, как он тяжело опустился на стул, бросив в сторону блокнот и карандаш. Она встала, подошла к нему и с нежностью обняла его.

— Я позабочусь о тебе, Гарри. Я не хочу потерять тебя. Ты поступаешь правильно, действуешь по разумным причинам. Просто не потеряй самого себя при этом.

Гарри обвил ее руками, прижимая девушку к себе. Его глаза увлажнились, но лишь от благодарности за ее поддержку, а не из-за о мыслей о предстоящем.

— Ты будешь моим символом надежды, Луна. Я надеюсь, что ты снова направишь меня на верный путь, если я когда-либо собьюсь с него.

— Я смогу поддержать тебя, но нам будет легче, если я сначала сделаю это.

Она отстранилась немного только для того, чтобы сесть к нему на колени, и страстно поцеловала его. Гарри даже не удивился. Словно он только и ждал, пока это произойдет. Он осторожно положил руки ей на талию, притягивая ее еще ближе. В конце концов, они оторвались друг от друга, и оба чувствовали себя куда лучше.

— Мне не терпелось сделать это, как только я увидела на твоем лице такую счастливую улыбку, когда ты открыл дверь, — сказала она, теперь Луна выглядела менее мечтательной, чем обычно.

— А мне — через десять секунд после того как увидел тебя, — ответил Гарри. — Это пришло мне в голову, когда я увидел, как ты краснеешь у входной двери в этом милом платье.

— Десять секунд? Парни настолько медленно соображают… Я думаю, мне придется смириться с этим, — ответила она, резко вздохнув. Они рассмеялись, наслаждаясь новыми ощущениями и позволяя им смыть темные мысли, все еще омрачающие рассудок. Затем Луна прикрыла рот ладонью.

— О Боже! Я совершенно забыла о вас с Флер! Вы еще были вместе, когда закончился семестр, не так ли? — спросила она, выглядя действительно встревоженной.

— Не волнуйся. Мы просто друзья. Кажется, мы всегда были друзьями, кроме того, она говорит, что я действую на нее как магия вейлы на мужчин. Будто я сильный волшебник, — с пренебрежением сказал он. — Мы с ней будем переписываться.

— Ты даже не расстроился? — спросила взволнованная Луна.

— Мы знали, что нам придется расстаться в конце учебного года, так что я уже оправился. Мы поняли, что это к лучшему, — объяснил Гарри, чувствуя, что это было правильно. Он рассеянно начал водить пальцем по спине Луны, вспомнив, как Флер это нравилось. Он обнаружил, что легкие касания, вероятно, нравились всем девочкам, не имело значения, вейлы они или нет. Луна выглядела так, словно она замурлыкала бы, если бы могла. Гарри продолжал гладить ее, расслабляясь.