Кротков Антон - Аннотация

Один из палачей озабоченно вполголоса обратился к товарищу:

– Ты, Ибрагим, умный голова, давай командуй что делать, а то курбаши ошибок не прощает. Злой, как шайтан становится.

– Ты что, Мирза, шутишь! – испуганно округлил глаза и замахал на приятеля руками Ибрагим: – Откуда мне знать, как это делается! Если русский умрёт слишком рано, хозяин нас самих живьём сварит.

Первый палач стал в глубокой задумчивости гладить рукой свою чёрную бороду.

– В таком деле без опытного человека не справится – произнёс он, наконец, обводя глазами товарищей.

– Надо позвать Резама! – осенило самого молодого в их троице. – Я слышал, что его дядя служил помощником палача у самого эмира Бухары.

Резама долго уговаривать не пришлось, взяв в оплату крошечный золотой самородок, он со знанием дела начертил палочкой на земле план необходимой конструкции. Под его руководством всё было готово уже через час. Приглашённый оценить качество выполненной работы курбаши, остался доволен. Теперь он обратился к пленнику через переводчика:

– Спроси его, какой дорогой они едут к Астрахани. Если он скажет, я обещаю, что отпущу его.

Выслушав толмача, водитель плюнул сгустком крови, метя в лицо предводителю басмачей, но промахнулся и плевок упал на истоптанный конями снег. Курбаши слегка улыбнулся и подал знак палачу. Заскрипел деревянный ворот, пленник в ужасе поджал под себя ноги, пытаясь отсрочить неизбежное, и вошёл в булькающую воду коленями. Раздался душераздирающи вопль.

Курбаши тут же подал знак поднять потерявшего сознание от ужасной боли русского. Голова пленника свесилась на грудь. Его окатили ледяной водой, после чего командир басмачей вновь обратился к «урусу»:

– Если мы дадим вам фальшивые накладные, могли бы вы попытаться получить по ним на городских армейских складах винтовочные патроны и ручные гранаты? А то у нас катастрофически не хватает ни того, ни другого. Как, рискнёте? Военный пустился :

Глаза предводителя под рыжим мехом сверкнули лисьей хитростью, голос его сделался сладким и вкрадчивым:

– Но если ты скажешь мне, где твои дружки, я немедленно прикажу разрезать твои путы и расплачусь с тобой золотом. Я щедр с теми, кто оказал мне услугу. У моего личного лекаря есть особый бальзам из горных трав, от которого раны затягиваются буквально на глазах. Я прикажу ему облегчить твои страдания. Потом тебя отвезут в стойбище к чабанам, и они выходят тебя и проводят к железнодорожной станции. Оттуда ты сможешь вернуться домой богачом.

Переводчик нагнулся к потерявшему силы и остатки мужества шофёру, который хрипло прошептал:

– Дайте пить… Воды!

Узнав то, что его интересовало, предводитель басмачей сразу утратил к пленнику всякий интерес. Он хрустнул сургучом найденного под гимнастёркой пленника пакета, распечатал депешу и нахмурил лоб, пытаясь по качеству бумаги определить стоимость документа у потенциальных покупателей, ибо прочитать письмо не мог, ибо был безграмотным.

С почтительного расстояния наблюдающий за предводителем его ближайший советник чуть ли не на цыпочках приблизился к хозяину и застыл в ожидании поручений. Не отрывая глаз от документа, курбаши распорядился:

– Баяргул, пошли гонца – передать беку, что мы их выследили. Самое долгое через пять дней я пришлю ему в подарок кожаный мешок с головами этих русских.

Баяргул позволил себе услужливо заметить со злорадной улыбкой:

– Они и не догадываются, что их головы уже им не принадлежат! Но не лучше ли оставить этих неверных зверю, хозяин? В конце концов, это его законная добыча. Раз русские настолько глупы, что как бараны сами идут на убой – к нему в зубы, то не лучше ли…

Командир недоумённо взглянул на помощника, осадив его на полуслове:

– Прикуси свой толстый язык! Или ты забыл, как поступает бек с теми, кто смеет ослушаться его приказа?

Помощник поспешил признать, что сказал глупость:

– Извините меня, уважаемый курбаши!

Предводитель басмачей повернулся, собираясь отправиться в свой шатёр немного отдохнуть перед новой дорогой, но помощник осмелился задать ему ещё один вопрос, кивнув на всё ещё подвешенного над котлом русского:

– А с ним что делать?

Курбаши приблизился к пленнику. Некоторое время они смотрели друг другу в глаза – сломленный и ставший предателем водитель – с надеждой, главный басмач – почти равнодушно.

– Я обещал освободить тебя от твоих пут, – вспомнил курбаши, доставая кинжал. Быстрым движением он перерезал верёвку, которая удерживала пленника над котлом. Раздался всплеск упавшего в воду тела, короткий пронзительный вопль ужаса и страшной боли, и снова осталось лишь мерное побулькивание готовящегося плова.