Кротков Антон - Аннотация

Оставив вместо себя командира отделения красноармейцев, Одиссей отправился нагонять уже ушедшего подполковника. Георгий хотел идти с ним, но Одиссей поручил индийцу более важное дело:

– Прошу вас, приглядите лучше за Кирой в моё отсутствие. Мне будет спокойней, если рядом с ней будет находиться такой отважный человек, как вы.

По обеим сторонам тропинки стеной стояла высокая трава примерно в человеческий рост. За ней невозможно было увидеть, где теперь находится Ягелло.

Вскоре тропинка довольно круто изогнулась вправо. Молодой человек ускорил шаг и, наконец, увидел Ягелло. Тот стоял к нему лицом, явно поджидая. Одиссей замер от неожиданности: с холодной решимостью подполковник вскинул ружьё. Чёрный ствол показался Лукову непропорционально огромным. Он не мог поверить, что человек, которого он, не смотря на все их трения, считал своим ближайшим соратником, целится в него, собираясь вероломно убить. Мысли Одиссея метались: «Что я сделал ему! Почему он решил свести со мной счёты? Почему целится в меня? Почему?!! Неужели не может простить нашего последнего разговора?!». Одиссею показалось, что это продолжалось целую вечность.

– Пригнитесь, – вдруг едва слышно приказал Ягелло.

Одиссей сел на корточки. И вдруг услышал, как у него за спиной что‑то зашумело в траве, послышались резкие и часты взмахи крыльев, затем птичьи вскрики «Ке‑ке‑лик! Ке‑ке‑лик!». Одиссей оглянулся и увидел улетающих прочь птиц в щегольском жёлто‑дымчатом наряде с сизой, окаймленной темными полосами грудкой.

– Горные куропатки, – перевёл дух подполковник и сдержанно пояснил, – Вот в таких местах тигр как раз и любит охотится.

Сказав это, Ягелло надолго угрюмо замолчал. Они двинулись дальше. Шагая вслед за подполковником, Одиссей пытался понять, действительно ли тот подозревал тигра в густых зарослях или же пытался напугать его.

Было около двух часов дня. Белое солнце немилосердно жгло землю.

– Сатанинское пекло! – наконец, после продолжительного молчания зло бросил через плечо подполковник.

– Да, здорово печет, – согласился Луков и, сняв шапку, вытер рукавом потный лоб.

– А что, вы и вправду считаете, что это я отравил лошадок? – продолжая всматриваться в темнеющие на горизонте горы, осведомился офицер. Потом неприветливо покосился на Лукова.

«А ведь если Джокер всё‑таки он, то, что ему мешает выяснить со мной отношения – размышлял Одиссей. – Лучшей возможности и не придумаешь. Никого поблизости нет. Мою смерть можно списать на хищника. И даже не обязательно стрелять, опытный вояка может сделать всё тихо, например, ударить меня прикладом в лицо и добить кинжалом. А тело спрятать, – мол, тигр снова унёс».

– И Кира эта ваша всю вину на меня решила повесить – продолжал с обидой Ягелло. – Она конечно специалист в наших краях авторитетный. Но объявлять меня пособником людоеда, это уже слишком.

– А почему вы говорите, что она моя?

– Хм, – полковник быстро взглянул на Одиссея и неприятно улыбнулся.

– Все видят, как вы смотрите друг на друга. Кое‑кому это очень даже не по душе.

– Вы имеете в виду её мужа?

– Причём тут муж – удивился недогадливости молодого начальника подполковник. – Я имею в виду этого оригинала Кенингсона. Впрочем, ваши личные отношения с этой барышней меня не касаются.

Тут подполковник выбросил руку вперёд и воскликнул:

– Посмотрите!

Зрелище действительно было необычным. Горячие лучи солнца, встречаясь на своем пути с охлажденным воздухом гор и преломляясь в нем, создавали причудливые миражи. Фантастические картины менялись одна за другой. Вначале показалась неохватная глазом ширь водной глади, а секунду спустя в атмосфере начали вырисовываться уже какие‑то сказочные чертоги со множеством колонн, которые, в свою очередь сменил зеленый цветущий оазис.

– Когда меня назначили к вам в экспедицию, – отчего‑то решил исповедаться Лукову подполковник, я спросил себя: «Так ли этому молодому человеку дорого его дело? Готов ли он пожертвовать ради него самым дорогим?».

Между Луковым и Ягелло была дистанция метра три. Вдруг подполковник снова вскинул винтовку в его сторону. Несколько секунд ожидания выстрела в упор и Ягелло уже во второй раз опустил ружьё и облегчённо выдохнул:

– Опять показалось! Пойдёмте дальше.

Лукову стало ясно, что это жестокая игра ведётся с единственной целью – проверить крепость его нервов.

Впереди в просветах густого кустарника показались развалины. Вблизи они выглядели гораздо более мрачными, даже казались зловещими. Одиссей вглядывался в тёмные провалы окон и чувствовал, что ему совсем не хочется входить внутрь. Вдохновившее его на поход сюда любопытство исследователя куда‑то испарилось.