Âåðà - tmp0

— Что, черт побери, это здесь делает?

Она укрылась в защитном гневе.

— Не имею представления. Ты, наверное, сам ее туда поставил. Готова спорить, что она стоит там уже целую вечность.

— Она все еще холодная, только что из холодильника, — огрызнулся он. — Так что признавайся, кто ее выпил, ты или твой друг?

— Я не знаю, о чем ты говоришь.

Он перевернул банку, и из нее закапало пиво.

— Видишь эти номера? Они все одинаковые в упаковке из шести банок. Интересно, что будет, если я сравню их с банками в холодильнике.

Черт. Кто знал о серийных номерах на дне банки? Он потянулся к телефону.

— Ты знаешь номер Паркеров наизусть или мне стоит позвонить в справочную?

«О боже, — подумала Аврора. — Я пропала». У нее был единственный шанс подружиться с Зэйном, и ее отец готов уничтожить его.

— Я выпила пиво сама, — выпалила она, в надежде, что он не станет заставлять ее дыхнуть. — Мне просто хотелось посмотреть… на что это похоже.

— Ты дисквалифицирована без права апелляции, — сказал он, осторожно укладывая трубку на рычаг. — Посмотришь, на что это похоже.

27

Когда Сара сначала переехала в Гленмиур, она все еще чувствовала себя той неудачницей, какой была в школе. Озабоченная тем, что она — отвергнутая жена, она вернулась к старой привычке все держать в себе и даже заказывала товары по Интернету — виртуальная женщина, живущая виртуальной жизнью.

Но беременность пробудила ее. Это местечко станет родным городом ее ребенка. Она не хотела, чтобы ребенок жил с чувством, что его мать — неудачница. Она собиралась сделать то, чем раньше пренебрегала как несчастливый подросток и позже как жена Джека. Она решила больше не быть отшельницей и создать широкую сеть из семьи и друзей.

Но ломать старые привычки оказалось нелегко, а теперь появилась новая причина для озабоченности. Быть разведенной — не редкость. Однако быть разведенной и беременной одновременно, по ее мнению, значило — выглядеть довольно жалко. Она воображала, что по городу разлетаются новости, как ветер Санта Ана.

Перебори себя, говорила она себе голосом Лулу. Людям есть чем заняться, кроме как сплетничать о тебе.

Однако на этот счет у нее появились сомнения, когда она вошла в магазин художественных принадлежностей и все вокруг умолкли. Она говорила себе, что не стоит опускаться до паранойи, и подошла к продавщице за кассой.

— Джуди? — сказала она, узнав молодую женщину. — Это я, Сара Мун.

— Сара! Я слышала, что ты вернулась в город. — Джуди де Витт работала здесь со школы. В дополнение к тому, что она была очень странной девушкой, Джуди была одной из самых одаренных учениц в старших классах, она создавала фантастические скульптуры из проволоки и сплавных лесоматериалов, украшая свои работы раковинами и прочими находками, которые она подбирала на берегу.

Как и Сара, она была тихой и артистичной. Но в отличие от Сары она всегда отлично себя чувствовала в собственной коже. Она была Джуди-гот, украшенная металлическими заклепками и украшениями, которые заставляли пищать металлоискатели в дверях школы. Глубоко в душе Сара завидовала Джуди, потому что Джуди любила себя такой, какая она есть, — уникальной, нездешней и талантливой. Она никогда не стыдилась того, что у ее семьи нет денег, и никогда не была жертвой, влюбившись в мальчишку не своего круга.

Джуди утратила некоторое количество пирсингов, хотя все еще носила исключительно привлекающий внимание гвоздь посреди подбородка. В других отношениях она едва ли изменилась вообще.

— Рада тебя видеть, — сказала Сара.

— Я тоже. Мы должны как-нибудь прогуляться вместе, — ответила Джуди.

— Я с радостью. — Сара чувствовала себя зажатой и неловкой от недостатка практики.

— Могу я чем-нибудь помочь? — спросила Джуди.

— Я хочу осмотреться. — Не так плохо, подумала она. Может быть, они с Джуди возобновят знакомство. Может быть, как бабушка и тетя Мэй в былые деньки, они будут гулять вместе. Заниматься искусством и разговаривать. Саре хотелось быть в большем контакте с людьми, которых она раньше знала.

— Сара Мун, — сказал кто-то. — Я слышала, что ты вернулась.

Даже не поворачиваясь, Сара узнала ее по голосу. Это был тот же голос, который она помнила со школы, жизнерадостный, несущий с собой хорошее настроение и бодрость духа.

— Привет, Вивиан. Как поживаешь? — Сара сложила рот в улыбку.

Вивиан Пайерс улыбнулась в ответ. Если это только возможно, она была еще более блистательной, чем в школе. Тот же каскад белокурых волос, собранный в хвост. Та же сияющая улыбка. То же безупречное чувство вкуса — с одним небольшим изменением. На пальце ее левой руки сияло потрясающее обручальное кольцо. Сара послушно произнесла, как хорошо увидеть Вивиан снова и как отлично она выглядит. Затем она задала вопрос, которого Вивиан, очевидно, ожидала: