Âåðà - tmp0

— Ваши анализы готовы, — сказал он.

Часть четвертая

19

— Спасибо за то, что пришли, — сказала Сара в тот вечер, открывая дверь Уиллу Боннеру.

Он шагнул внутрь коттеджа, и ее пронзило чувство, что он слишком велик для этого места. Слишком высокий, слишком широкоплечий, слишком настоящий, и вообще слишком…

Фрэнни была в восторге от возвращения домой. Она весь день провела с Уиллом и с Авророй. Уилл предложил взять ее на ночь, поскольку Сара не должна была вернуться домой раньше девяти. Это было бы правильно, правильнее, чем просить его привезти собаку, но Сара была не в том состоянии ума.

— Уилл, я вам очень благодарна, — сказала она, и ее голос звучал исключительно спокойно.

— Не за что. — Он стоял с бейсбольной кепкой в руке и смотрел на нее. Он ожидал объяснений и, без сомнения, гадал, что произошло.

Сара поймала его взгляд. Единственное, что ей оставалось, — это сообщить: « Я беременна ».

Вот. Слова сказаны. Новость, которую ей сообщил доктор, теперь повисла в воздухе, создавая невидимую, но неотвратимую реальность. Это было мгновение, которое изменило все — ее будущее, ее мечты, жизнь, которая, она думала, у нее будет. Она много раз воображала себе это, но не представляла, что первым сообщит эту новость почти незнакомцу.

К его чести, он воспринял эту новость довольно хорошо.

— Стоит принести поздравления?

— И да и нет. Я хочу сказать, это что-то, чего я хотела. Но… не сейчас. — Она все еще слышала слова доктора.

Она была беременна.

Неожиданно, невероятно, потрясающе беременна.

Это была воплощенная мечта. Это был ее самый ужасный кошмар. Она все еще была в шоке. Беременность была последнее, чего она ожидала. Точно, в последние несколько недель были определенные симптомы. Она думала, что ее задержка объясняется тем, что она перестала принимать хломид, и считала, что ее тошнит и у нее странные вкусы от расстроенных нервов. Сегодня она узнала, что всему этому была причина, и она не имела никакого отношения ни к концу ее брака, ни к началу новой жизни. Ребенок.

— Не могу сказать, как я благодарна вам и Авроре за то, что помогли мне сегодня, — сказала она. На мгновение она почувствовала себя словно в нереальности. Вот она стоит с мужчиной, которого когда-то обожала и ненавидела всей своей страстной подростковой душой. — Пожалуйста, присаживайтесь. Я хочу сказать, если у вас есть время.

Его сомнения были полны многозначительности. Они были незнакомцами, они были такими всегда. Не важно, сколько прошло времени со школы, она все еще была таинственной цыпочкой с хрупкими плечами, а он — похожим на бога атлетом.

— Спасибо, — сказал он и уселся на застеленную синелью софу.

— Могу я предложить вам что-нибудь выпить?

— Я в порядке.

— У меня нет пива, но есть бутылка пино…

— Сара.

Она глубоко вздохнула:

— Я болтаю.

— Присядьте. — Он взял ее за руку и потянул на софу рядом с собой. — Послушайте, — сказал он, — чтобы это было ясно, — я хочу, чтобы вы знали, что я на сто процентов уважаю вашу частную жизнь.

— Насчет меня, ах… — Во рту пересохло. Она едва могла это подумать, однако выговорила: — Насчет того, что я беременна.

— Это целиком и полностью ваше дело.

Очень дипломатично. Он, вероятно, знал все скандалы между жителями в районе его пожарной части. Он объяснил, что в его положении он иногда должен налетать на людей неожиданно, с тем чтобы спасти тех, кто попал в беду. Он знал, у кого странные сексуальные игрушки в спальне и кто никогда не моет кухню или не возвращает книги в библиотеку.

— Я должна рассказать вашей сестре. Как вы, наверное, знаете, я ее клиентка.

— Вы с ней друзья?

— Нет. Она потрясающая, но это не то.

— Я думаю, сейчас вам нужен друг в большей степени, чем адвокат. Вы уверены, что хорошо себя чувствуете?

— Немного устала, но в остальном я в порядке. — Она посмотрела на него одновременно с любопытством и подозрением.

— Что? — спросил он.

— Бывали времена, когда Уилл Боннер разнес бы сплетню по всей округе.

— Это было много лет назад. — Он не отрицал, что старый Уилл так и поступил бы. — Люди меняются. Я изменился. И что бы вы ни намеревались делать в своей ситуации, это, безусловно, ваше личное дело.

Это замечание напугало ее. Она осознала его значение, затем яростно потрясла головой:

— О, я рожу этого ребенка. Я оставлю его. Никаких вопросов на этот счет.