Горшков Александр - Самарянка

Одних убило пулями,

Других убила старость, – неслось со сцены.

– Йо-хо-хо, все равно за борт! – голос снова утонул в истошных воплях, несшихся из зала.

Вскочив с мест, завсегдатаи клуба образовали прямо в центре зала плотный круг, обнялись за плечи и стали раскачиваться из стороны в сторону, подчиняясь рвавшимся ритмам.

К Мишке подбежали накрашенные девчонки, которые столкнулись с ним на узкой лестнице, когда он спускался в клуб, и тоже потянули его из-за стола:

– Вставай, поднимайся, рабочий народ! Жрать и пить потом будем!

Мишка неожиданно очутился в самом центре этого пляшущего буйства. Все восприняли его появление с необычайным воодушевлением. Они с восторгом смотрели на незнакомого бородача, крепко сбитого, мускулистого, в полосатой тельняшке, чем-то и впрямь похожего на главного героя пиратских книг и фильмов. Он стал тоже раскачиваться в ритм оглушающих децибелов, а окружившие его парни и девчонки так же ритмично были в ладоши и кричали:

– Корсар! Корсар! Корсар!

За свой столик Мишка возвратился совершенно мокрый от пота. Его уже не удивило, что за тем же столиком на свободных скамьях сидели все те же веселые девчонки.

– А теперь давай знакомиться, мальчик, – одна из них протянула ему свою руку. – Я – Надя, а это моя лучшая подруга Лада.

Мишка тоже представился им, каждой неуклюже пожав руку.

– Ну а за знакомство знаешь, что полагается? – вызывающе посмотрела на него Надя.

Мишка подозвал знакомого официанта и заказал ему еще бутылку «Холодного Яра», пару коктейлей и фрукты. Рассчитываясь с ним, он случайно выронил пакет, где лежали деньги на нужные покупки.

– «Зеленью»[40] соришь, юноша? – рассмеялась Лада, заметив у него валюту.

Мишка окончательно расслабился, совершенно не думая о заботах завтрашнего дня. Он острил, хохотал, чокался с какими-то совершенно незнакомыми ему парнями и девчонками, которые подходили к нему и выражали свой восторг.

Ритмы сменялись один за другим, то срывая публику с мест в дикие пляски, то давая паузу для разговоров и отдыха. Мишке казалось, что он давным-давно знает своих мило щебечущих собеседниц. Они лепетали без умолку, поочередно приглашая танцевать и наливая в рюмку.

На сцену снова вышел «капитан Флинт» и все тем же хриплым голосом зарычал в микрофон:

Мир поделен злом и добром,

Очень непросто в нем быть королем,

И, как ни странно бывает порой,

Не разобраться кто шут, кто король.

Быть королем, жить под замком,

Утром война, а днем светский прием.

Сильные мира вдали от земли,

Не понимают, что мы короли.

Короли ночной Вероны

Нам не писаны законы

Мы шальной удачи дети

Мы живём легко на свете.

В нашей жизни то и дело

Душу побеждает тело,

Рождены мы для любви,

А в ней мы просто короли.

Эта песня вдруг совпала с Мишкиным настроением.

«Как точно сказано, – неслось в его уже пьяной голове. – «Мы шальной удачи дети, мы живем легко на свете…». И никакой философии. Никакого дремучего леса. Никаких скитов. Зачем? Все просто и понятно. Даже дураку…».

Счастье не вечно,

Слава слепа,

А королей выбирает толпа.

Мы вызываем судьбу на дуэль,

Нам наплевать, кто охотник, кто цель.

Игры с судьбою смешны и пусты,

Мы за собою сжигаем мосты…

«Боже, как все точно, – Мишка полностью отдался нахлынувшим на него мыслям и чувствам. – «Счастье не вечно, слава слепа, а королей выбирает толпа…». Вот она, настоящая жизнь! Оказывается, как все просто!..».

Зал снова постепенно наполнился мягким светом. Публика шумела, ожидая финала: церемонии коронации главного корсара сегодняшнего веселья. Музыка утихла, а голос из-за сцены попросил полной тишины.

Неожиданно свет полностью погас – и в абсолютной темноте резанул поток яркого света. Он прошелся по всему залу и остановился на Мишке, на миг ослепив его, брызнув в глаза миллионами сверкающих разноцветных огоньков.

– Да здравствует король! – под мощный рев зала возгласил выбежавший на сцену «капитан Флинт». – Слава королю!

– Слава!! – зал содрогался от неистовых воплей, криков и оглушительной музыки.

Стриптизерша, танцевавшая до начала шоу, подошла к опешившему от такой неожиданности Мишке и вывела его на залитую светом сцену. «Капитан Флинт» надел на Мишку такую же пиратскую треуголку, в какой был сам: это был пик праздника. То, что королем вечера выбрали именно Мишку, всем пришлось по душе.

Стриптизерша, едва прикрытая прозрачным пеньюаром, вынесла на подносе красочную бутылку «Холодный Яр» и два бокала. «Капитан» понемногу налил в оба и поднял тост: