Ann McMan - DUST

На какой-то момент том конце провода воцарилась тишина. "Нет. Я не забыла. У меня на руках все эти мерзкие платежные документы, как ласковые напоминания. Они должно быть отличным чтивом для большого жюри - не так ли?"

Он был невозмутим. "Не знаю, что ты ждешь, чтобы я сделал. В этой ситуации, похоже, тебе лучше поможет консультация с твоим 'другом', мистером Немо".

"Да будь это проклято - я говорила тебе, что должно произойти. Ты просто меня не слушаешь".

"Не правда. Я слышал тебя отлично. Я просто не заинтересован - или не в состоянии помочь тебе".

"Иисус, Маркус. Говорю тебе, что этот беспорядок выходит из-под контроля. Ты должен остановить его, до того как он разрастется дальше!"

Он вздохнул. "Единственная вещь, которую я остановлю, это этот разговор. Не звони мне с этим снова".

Он положил трубку и сидел, секунду держа на ней руку - затем откинулся назад на стуле и сложил свои длинные пальцы вместе.

Так или иначе, завтрашние заголовки обещают быть очень интересными.

Телефон на его столе зазвенел. Маркус наклонился вперед и нажал кнопку громкой связи.

"Да?"

"Здесь Эван Рид. Она хочет вас увидеть".

Он покачал головой. Ну, конечно же, она здесь.

"Впусти ее".

ГЛАВА 29.

Марго делала целенаправленные усилия, чтобы не запаниковать. Она отказалась паниковать, потому что Энди был чертовски напуган - а они не могли оба не контролировать себя. Слишком много было поставлено на карту. Все, над чем она работала со смерти Тома, начинало распутываться с молниеносной скоростью.

Если завтра Джулия встретиться со своим адвокатом, это будет погребальным звоном президентских устремлений Энди. Определенно, однажды сенсационные подробности их 'интрижки' станут достоянием общественности, руководство партии запустит корректирующий патч, который поведет в противоположном направлении. Не из-за его неверности, конечно. Американская публика заскучала и сейчас довольно пресыщена, так что к 'знаменитостям' уже не применить эти сокровенные ценности Оззи и Харриет (55). И вот к чему сводилась вся национальная политика в наши дни - к знаменитости. У кого она есть, а у кого ее нет. В современном снующем мире, концентрация внимания была сродни дешевым резинкам, которые теряли свой аромат после первых двух минут жевания. А президентские компании выигрывались и проигрывались на обложках журнала Пипл, а не на передовицах Вашингтон Пост.

Так что это не был зависший, грязный развод, который полностью остановит потенциального кандидата Энди. Нет, развод был задней дверью к его связи с арабкой.

Конечно, она не была арабкой - но это было не важно. Она была из Пакистана - а это, когда речь идет о служебном положении и досье, которое интересовало американцев, означало виновность по ассоциации.

Она фыркнула. Средний 'американец', вероятно, не смог бы отыскать Пакистан на карте, при условии, конечно, что они даже знали, где искать саму карту.

Это не имело значения. Ее случайные отношения с двумя подозреваемыми 'террористами' были бы достаточными сами по себе, чтобы свести на нет любые попытки Энди усесться в государственном кабинете. Это была та "оседающая пыль", которую Эван Рид вынесла бы на свет - а не то, что относилось к преждевременной смерти ее мужа или к ее собственной сексуальной связи с обоими Таунсендами.

Поправка. Эван Рид никогда бы ничего не обнародовала о развлечениях Марго со святой Джулией.

Но смерть Тома... что-то насчет этого все еще терзало ее внутри. Она уже давно подозревала, что нечто другое, чем несчастный случай, случилось в тот день на склонах Аспена. Но, несмотря на то, что она много раз давала Энди возможность сказать правду, он продолжал все отрицать. В любом случае, порочность всего этого было тем, на что ей действительно было наплевать. В конечном итоге, Том оказался ужасным разочарованием, как для нее, так и для ее работодателя. Он растратил потенциал, который заработал ранее, и обналичил его в единственной попытке политического успеха, чтобы примкнуть к группе никудышных Гринписовских адвокатов-стервятников. Это было жалкое зрелище.

А Энди? Теперь он был другим делом: умным и подкованным, с оттенком достаточных амбиций, чтобы сделать его податливым. Но существовала одна проблема. Энди ей лгал. Она была в этом уверена. А если он лгал ей о Томе - не было никакой возможности предсказать, о чем еще он может ей лгать. И эта неопределенность делала его опасным. Это означало, что она не могла его контролировать - а если она не могла его контролировать, то она не могла на него рассчитывать. Он стал обузой - и для нее, и для парней из Лахора.