- А что такое? – невозмутимо пожимала плечами Жива.
Она явно уступала двоюродной сестре в красоте. Несмотря на похожие наряды, Майя выглядела более женственно – у неё были накрашены веки, ресницы и губы, в отличие от мальчиковой внешности Живы, полностью игнорировавшей макияж.

- Ну как это тебе удаётся? – не унималась Майя. – Мы ведь с тобой рядом сидели, а он на меня почему-то… даже ни разу не взглянул.
- Да я вообще на него не смотрела! - оправдывалась Жива.
- А чего же тогда этот парень… глаз с тебя не сводил?
- Спроси у него сама!
В это время на другую сторону платформы с невероятным грохотом влетел ещё один светоносный змей, скрывавший свою сущность под видом поезда. Пытаясь перекричать шум состава, Жива заорала в самое ухо Майи:
- Вот отметим завтра наш общий день рожденья на Девичнике… тебе и не такое будет удаваться.
Взявшись за руки, двоюродные сёстры, родившиеся в один день 1 мая, но с разницей в один год, пошли к выходу. Перед ними из последнего вагона прибывшего поезда вышел чернобородый человек в чёрном плаще, из-под которого выглядывала чёрная ряса. В руке он держал небольшой чёрный саквояж.

- А на Лысую гору куда? – спросил он, глянув на девушек.
- Туда, – махнула рукой Жива вслед уходящему поезду.
Кивнув на табличку с названием станции, человек, похожий на попа, осведомился:
- Значит, здесь он и выдыбал?
- Кто? – не поняла Жива.
- Ну, идол этот, Перун… неужто не знаете?
- Ну, почему не знаем? Знаем, - обиделась Майя, - его скинули в Днепр, а затем его здесь на берег вынесло.
Они втроём поднимались по ступенькам. Спину Майи украшал сзади симпатичный холщовый рюкзачок. Длинные волосы мужчины в чёрном плаще были стянуты сзади в косичку.
- Именно так. И знать, неспроста. Нечистое это место, проклятое. До сих пор ведь на дне лежит, окаянный!
- Как до сих пор? – воскликнула Майя.
- А так. Привязали ему камень на шею и второй раз утопили. А чтобы место сие освятить, неподалёку монастырь воздвигли Выдубецкий.
- Теперь понятно, - догадалась Жива, - зачем здесь Перуну чуры поставили.
- Какие ещё чуры? – спросил чернобородый, и глаза его вдруг подозрительно забегали.
- Да есть тут такие на Лысой горе, - ответила Жива и добавила язвительно, - неужто не знаете?
Человек, похожий на попа, недовольно шмыгнул носом.
Они вышли из подземного перехода и оказались на автовокзале «Выдубичи». Подобные вывески висели также и на двух одноимённых железнодорожных станциях, расположенных впереди и справа отсюда. Оказавшись на перекрестье четырёх автомобильных дорог и двух железнодорожных веток, место это являло собой оживлённый пересадочный узел.

Чернобородый мужчина недоумённо повертел головой: многочисленные киоски и возвышающиеся над ними эстакады автомобильной развязки закрывали собой весь горизонт.
- И где же она, эта Лысая? – усмехнулся он.
Жива улыбнулась:
- Отсюда не видно.
А Майя поинтересовалась:
- А зачем вам туда?
- Надо, девушки, очень надо, - покачав головой, заверил их мужчина.
- Ну, идёмте, я вам покажу, - сказала Жива.
Они отошли немного в сторону и поднялись по ступенькам к торговому ряду. Чернобородый огляделся: хитросплетение автодорог, железнодорожных путей, путепроводов, виадуков, мостов и эстакад опутывало всю местность здесь словно паутиной и будто специально запутывало все подходы к Лысой горе.
- Да тут сам чёрт голову скрутит! – недовольно заметил человек, похожий на попа.
- Вот она! – показала рукой Жива на краешек маленькой горы, едва выглядывающей над крышами киосков.

- Этот бугор? – искренне удивился мужчина невзрачному виду горы, больше похожей на большой холм, - и где же они там собираются?
- Кто они? – не поняла Майя.
- Ведьмы, гори они в геенне огненной!
- Там и собираются, - усмехнулась Жива.
- Как же мне к горе той подойти? – спросил грозный мужчина, теребя бороду.
- Посмотреть на них желаете? – снова съязвила Жива.
- Да…как гореть они будут алым пламенем! – ожесточённо произнёс чернобородый, и в глазах его сверкнули молнии.
Читать дальше