Надя - o 1875e41cbbdad575

Габриэль повернулся, услышав в ее голосе беспокойство. Его улыбка

была теплой, доверительной.

- Не волнуйся. Я просто хочу показать тебе кое-что.

Розалин последовала за Габриэлем до конца зала. Третья дверь слева

была закрыта, громкое хихиканье раздалось из-за двери. Габриэль

простонал.

- Я хотел бы всех разогнать.

Розалин улыбнулась, останавливаясь, когда Габриэль навис над ее

головой. Он схватил тонкий шнур и дернул. Перед ними появилась

навесная лестница.

- После вас? -предложил Габриэль, предлагая Розалин пойти первой.

Ее лицо залил румянец , когда она мельком взглянула на платье,

которое сейчас казалось мягко говоря несоответствующим. С его

длиной Розалин ни как не могла пойти первой.

- Я не могу, -простонала она, сгорая от смущения. Габриэль опустил

глаза и понял, что она имела ввиду. Он откашлялся, борясь с собой,

чтобы оторвать глаза от дразнящего вида.

- Мм да, правильно. Тогда я поднимусь первым.

Благодарно улыбаясь, Розалин подождала, пока он поднимется

прежде, чем самой ступить на лестницу. Она сначала огляделась

вокруг, чтобы удостовериться, что не было никакого извращенца,

притаившегося в тени и ждущего шоу. Как только они оказались в

комнате, Габриэль стремительно закрыл люк.

Вид , открывшийся перед нею противоречил всем представлениям

Розалин. Она представляла себе паутину, бегающих мышей и три слоя

пыли на коробках с барахлом. Вместо этого комната была тепло

освещена лунным светом, струящимся через окна в крыше. Лампа

стояла наверху переполненных книжных шкафов и отбрасывала свет

на диван поблизости. Толстый мохнатый бежевый коврик лежал

посередине комнаты, все остальное пространство было покрыто

плотными деревянными полами. Потолок и стены были окрашены в

теплый цвет ванили. Стол стоял у окна. В довершении всего, на нем

стоял букет оранжевых роз. Ее любимых.

Но ее глаза остановились не на красивых цветах, а на мольберте,

стоящего рядом с окном, идеальное место для южной экспозиции.

- Ты - художник? - прошептала она, осматриваясь и только сейчас

замечая, что стены вокруг были в угольных эскизах.

Габриэль молчал, пока Розалин осматривала каждую часть, тщательно

отмечая каждый квалифицированный штрих. Улицы города заполнены

людьми, мать обнимала своего ребенка, мальчик играл с собакой, и

маленькая девочка с развевающимися кудрями радостно каталась на

карусели.

- Это удивительно Габриэль,- благоговейно прошептала она.

Поворачиваясь, она заметила Габриэля, наблюдающего за ней.

Нежная кожа на его щеках покраснела, когда он улыбнулся.

- Я провел все свое свободное время прошлым летом, занимаясь этим

пространством, и я превратил его в свою собственную частную

художественную студию …, но ты - первый человек, который увидел

его.

- Даже твои родители? - Розалин задохнулась, потрясенная его

признанием. Габриэль пожал плечами, опускаясь на черную кожаную

кушетку в другом конце небольшой комнаты.

- Если это не футбол или что-то не связанное с Нотр-Дамом, они

действительно не хотят знать. У них есть свои планы, и мне не

позволено нарушать их.

Розалин выскользнула из своих туфель, проходя по мягким волокнам

ковра и опускаясь рядом с ним. Отчаяние в его голосе было ей

слишком знакомым.

- Мне так жаль.

Габриель безразлично пожал плечами. Она видела любовь, которую

он вложил в каждую деталь в комнате. Розалин могла поклясться, что

он вложил во все сердце и душу. И при этом он не мог с кем-либо

поделиться…

- Я люблю розы,- Розалин указала на красивый букет. Еще одна

удивительная деталь.

- Это - мои любимые,- сказали они одновременно. Розалин застенчиво

улыбнулась, опуская ресницы, поскольку она почувствовала, как

начала краснеть.

Ее глаза остановились на открытом эскизе, лежащем между ними.

Габриэль хотел закрыть альбом, но Розалин успела взять его. Взяв

альбом, она очень аккуратно взялась за край страницы.

- Это - я? - прошептала она, пораженная красотой, смотрящей на нее.

- Это просто мазня,- пробормотал он, потянувшись за альбомом.

Широкие, красивые глаза девушки скромно были опущены на колени.

Тонкая цветочная юбка лежала на красивых ногах. Низкая с V-

образным вырезом рубашка подчеркивала пышную грудь. Розалин

покраснела.

- Разве это не то, что было одето на мне в первый раз, когда мы