Казакевич Максим - Алекс [СИ]

— Это хорошо-о, — снова протянул Тит и рухнул на стул. Он сложил руки на груди, склонил голову и… заснул. Разрешив свои проблемы, его более ничего не волновало. Но на всякий случай рядом сидел его помощник — славный мальчик атлетического телосложения и фиксировал все разговоры на диктофон.

В помещении стало заметно душно. По какой-то причине отключили вытяжную вентиляцию и это быстро дало о себе знать. Гроссадмирал в который раз утер лоб платком и без зазрения совести отжал его прямо на пол. Кто-то из офицеров последовал его примеру.

— Господа, прошу вас, задавайте вопросы, — в который раз попросил он. — Лучше выявить наши проблемы сейчас, нежели столкнуться с ними потом, когда будет поздно. Может у кого есть какие ни будь предложения? Просьба высказываться….

Люди высказались. У кого-то на борту оказались военнопленные и их понадобилось срочно куда-нибудь спихнуть. Это было проблемой, так как планет с оборудованными лагерями поблизости не наблюдалось. После краткого обсуждения командир фрегата «Скотт» предложил просто выкинуть комиксов в открытый космос. Предложение поставили на голосование и за большинством голосов отклонили. Спустя какое-то время нашлось более разумное решение. После прихода транспортов груженых боеприпасами и продовольствием и его разгрузки, военнопленные загонялись в опустевшие отапливаемые трюмы и отправлялись в цивилизованные концлагеря. Выходом остались довольны все, кроме командира «Скотта». Он демонстративно обиделся на всех и заскрипел зубами. Этот офицер был знаком всем космическим флотам из-за своего неуживчивого, грубого и скандального характера. Любое начальство над собой он терпеть не мог и потому всячески старался осложнить им жизнь. И делал всегда это филигранно, так что все оставалось в рамках законности.

— Я не доволен этим бессмысленным с экономической точки зрения решением, — заявил он вдруг во весь голос. — Это что же получается, мы их будем кормить, поить, одевать, перевозить туда-сюда только затем чтобы их всех потом отпустить? Так что ли? Через пару месяцев работ они все дадут свою долбанную «клятву мира». Не проще ли нам открыть шлюзы и дело с концом?!

Он вперил свой огненный взгляд в переносицу гроссадмирала, надеясь его морально подавить. Ясмин играючи выдержал его напор и спокойно ответил:

— Нет, капитан Кадио, совсем не проще. Нельзя рассматривать эту проблему только с экономической точки зрения. Необходимо еще учитывать и политическую обстановку и вездесущность средств массовой информации. Совести, наконец! Большинству собравшихся здесь офицеров ваша затея не по душе, так что не надо…. Сядьте, пожалуйста.

Командир «Скотта» вспыхнул, хотел возмутиться, но рядом сидящие коллеги вовремя схватили его за полы кителя и заставили сесть. Потом еще шепнули по-дружески кое-что, и бунтарь Кадио вмиг присмирел, но перед этим вполголоса буркнул:

— Ну и что, что полномочия? Я имею право иметь собственное мнение…. И я прав!

Ясмин сделал вид, что не расслышал. Потом на гроссадмирала посыпался град второстепенных вопросов, касающихся в основном реорганизации кораблей и командного приоритета, то есть, уточняли, кто кому должен подчиняться. Тут командир «Скотта» в мгновение вскипел и, брызгая слюной, стал требовать себе независимость, или на худой случай автономию на время боевых действий. Ему вежливо отказали, затем не очень вежливо попросили сесть, а когда капитан Кадио разошелся и, размахивая руками, случайно залепил кому-то в глаз, его просто послали по матушке и приказали заткнуться. В общем, душевцы в этот вечер славно посмеялись.

Странно, но за все время, что офицеры провели в столовой «Чили», не прозвучала самого главного вопроса. А Ясмин его ждал. Никто почему-то не спросил про план захвата Гауссмитта, хотя каждый об этом думал. Все боялись, боялись, что план операции окажется невыполнимым и история снова, как и прежде, будет писаться руками команиксов. А гроссадмиралу не терпелось выложить его на стол — хотелось гордиться столь удачной разработкой.

Он окинул помещение зорким взглядом, выискивая подходящую кандидатуру под вопрос, и зацепился за посапывающего адмирала Тита. Он подходил как нельзя лучше — адмирал, в силу своего характера, терпеть не мог недомолвок и неопределенности. Его помощник — славный мальчик двухметрового роста перехватил заинтересованный взгляд гроссадмирала и незаметно лягнул своего босса. Тит негромко всхрапнул, смешно дернул головой, и проснулся.