Admin - i d957ea428e4a616e

Разозленный домоправитель пошел еще дальше и, однажды придравшись к какой-то мелочи даже попытался наказать Сомова телесно. Такой же толстый боров, как повариха и видимо откормленный в лучшие времена их совместной жизни он не рискнул справиться с рабом самостоятельно, и призвал на помощь сторожа. Сторож Таумон, бывший солдат, старый, но еще крепкий мужик, разобравшись, в чем дело и не видя особой вины Сомова, отказался помогать домоправителю в его гнусном деле. Старый солдат, пожалуй, остался единственным человеком, который относился к Виктору если не доброжелательно, то хотя бы по-человечески. На какое-то время экзекуция была отложена, но домоправитель не собирался прощать Виктора, и ждал любой малейшей провинности с его стороны, чтобы донести об этом хозяину. Угроза расправы висела над головой Сомова, и приходилось вести себя очень осмотрительно. А когда его никто не домогался и не придирался чтобы наказать, Виктор залезал на чердак, заваленный пыльным хламом, прижимался спиной к теплой кирпичной трубе и тихо наигрывал на гитаре.

А потом случилось то, что и должно было случиться. Журнал с кроссвордом вызвал повышенный интерес, и издательству потребовалось напечатать дополнительный тираж, дабы восполнить резко возросший спрос читателей. Редакция журнала оказалось заваленной письмами с просьбами продолжить публикацию подобных игр. С Преаном срочно вышли на связь представители редакции, с извинениями вернули деньги, потраченные им за первую публикацию, и даже выплатили причитающийся гонорар и аванс для следующей игры. После того, как были напечатаны еще несколько кроссвордов, а интерес читателей к игре не уменьшился, а наоборот еще больше возрос, с писателем заключили выгодный договор на регулярную публикацию его игр. Вскоре игра Эргиса покатилась по стране как снежный ком, вовлекая в себя все новые и новые печатные издания. Каждый журнал и газета считали теперь обязательным иметь на своих страницах хотя бы одну преаноллу. Случались дни, когда в дом к писателю приезжали по нескольку представителей от изданий, лишь бы получить разрешение на право печатать кроссворды. Вскоре каждый житель страны умеющий читать и хотя бы раз, взявший в руки газету, знал имя Преана. Писатель на некоторое время перестал пить днем и усердно работал над свалившимися на него многочисленными заказами. По вечерам он регулярно выезжал на всяческие приемы и встречи, где купался в лучах славы, а домой возвращался хмельной и счастливый. Зачастую Эргис возвращался не один, а с веселой шумной компанией или с таинственной женщиной под вуалью не желающей афишировать свое лицо. Особняк Преана становился популярным местом, которое с каждым днем посещало все больше и больше разномастного народа от деловых людей до праздных гуляк. Но чем дальше, тем меньше Эргис посвящал времени работе, свалив ее на многочисленных подражателей и ревниво следя лишь за тем, чтобы обязательно упоминалось название игры с его именем. А вечера и ночи все чаще стали проходить в безудержном пьяном веселье. Надо отметить, что за все время Преан ни разу не вызвал Сомова чтобы тот развлек его гостей - поиграл на гитаре или спел. В чем бы ни была причина такого игнорирования, студента полностью устраивало то, что его оставили в покое и не дергают развлекать пьяную публику.

За зиму Преан несколько раз выезжал в столицу по приглашениям важных и влиятельных особ и отсутствовал неделями. Попал ли он на приемы устраиваемые королем, Эргис не распространялся, но писатель стал чрезвычайно напыщен и самодоволен. В общении с рабом он теперь был немногословен и несколько прохладен. Разговор о свободе хозяин отложил до тех пор, пока не вернет все вложенные в Сомова средства. Виктору оставалось довольствоваться тем, что работой по дому его стали обременять меньше, выделили для проживания вместо тесной темной каморки, в которой он до этого обитал новую светлую комнатку с окном. Кроме того, ему разрешили самостоятельный выход в город по выходным дням и увеличили содержание аж до четырех серебряных в неделю. Собственные средства позволили обзавестись обувью и одеждой, простой дешевой, но главное новой, а не бывшей в употреблении, а также прикупить канцелярские принадлежности. На эти покупки пришлось потратить все деньги полученные за зимние месяцы. Четырех серебряных в неделю оказалось очень мало, по сравнению с ним та же кухарка Палла получала впятеро больше, чем Сомов.