Эли Эшер - Эволюционер

«Да как такое можно простить? Что реинкарнатор может придумать сравнимого с тем, что он сделал?»

«Зачем ему придумывать, Лёх?» — удивился Миха, — «Там же готовые библиотеки для таких случаев. Перед следующей реинкарнацией проживет в виртуале последние сутки каждой своей жертвы. Тут, правда, их практически и не было, но чего-нибудь подберет. Сам понимаешь, посылать души в виртуальный мир, чтобы они уже в нем погружались в другой виртуальный мир, немного странно. А эту планетную систему в этом мире я вообще специально для миссии создал. Там даже демонов практически не было, зачем делать декорации, которые скоро разрушат? Так, мишень для имитации. Ну, подправил им записи и кое-кому воспоминания, чтобы верили что у Сергиев и правда 22-ой мир был, вот и все. Так что живых душ там не было.»

«Но он-то этого не знал!»

«Так я и говорю, у реинкарнатора для этого библиотеки имеются. А то, что живых не было — не беда, найдем умерших похожей смертью, хоть с того же Алдеррона из этой же серии S, где Звездные Войны реализованы, и прокрутим последний день каждого из них перед смертью, да с полным отождествлением себя со своими жертвами, от беспокойства, что надо макароны не забыть купить и где бы десятку до зарплаты занять, до момента смерти, когда гравитационные аномалии ломают кости и рвут тело на части. С ускорением быстро управится, тем более много и не надо.»

«Но все же, а если бы были? Сейчас бы они на перерождение отправились. А он, что, так и будет жить, да еще без малейших угрызений совести многими мирами править?»

«Вообще-то, если по-честному, то обсуждалась идея туда кое-кого отправить. Из тех, кто считает, что если власти какую мерзость творят, то их личной вины тут нету. Это, мол, власти виноваты, а они люди маленькие, их хата с краю, они невиноваты. Ан, нет, все равно приходится отвечать. Даже если кто-то другой отдавал приказы. Но решили этого не делать. Слишком уж мгновенная смерть у них получилась бы, никакого урока из это не извлекли бы. Так что, не было никого. Даже на кораблях, которые только что сгорели в расширяющемся взрыве. Хотя вины с твоего подопечного это, конечно, не снимает. Впрочем, совесть искать недолго, посмотри направо.»

Я взглянул направо, и увидел сидящую у телеметрической станции девушку, научного офицера, ту самую Велию Секунду, которая сейчас, с бледным лицом и чуть не до крови закусывая губы, уткнулась в панели управления.

«Будет ему совесть, никуда не денется. Да, такая, что за каждым шагом следить будет и оценивать, и зудеть, зудеть, зудеть…»

«Так у нас, вроде бы, богиня Любви в другой части галактики задействована и сюда нос совать не должна, разве нет?»

«Временно. Пока и сами справимся. А Алина потом напильником доведет до кондиции.»

«И вообще, она сюда на самом деле нос совать не должна, чтобы раньше времени твого граффити не увидеть, хулиган несчастный!» — вмешался профессор.

«Это почему я — несчастный?» — удивился я такому повороту.

«Вот разберешься со своей, будешь счастливый,» — обрезал он.

Неожиданно мой гнев остыл. И правда, реинкарнатор разберется. А сейчас у меня другое дело. Я уставился на перламутровое облако. Все было именно так как описала эта девушка, научный офицер флотилии. Стабильные гравитационные аномалии, перемалывающие материю в тончайшую пыль, начали расползаться и уже хищно сели на гравитационный след флотилии.

Оставить как есть это было нельзя, рано или поздно по старым гравитационным следам кораблей они доберутся до всех обитаемых миров Олигархии. Конечно, можно просто выключить моделирование всей этой области пространства, а потом обратно включить в нейтральном состоянии. Людей там уже нет, так что легко. Вот только результаты… эх, зря профессор не хочет показывать божественные эффекты, а то ведь сотрем-восстановим, они могут решить, что и правда можно эту вундервафлю направо и налево использовать. Нет, тут надо что-то такое сделать, чтобы поверх была яркая надпись «Не влезай, убьет!» или там «Не делайте этого дома!». Так что, похоже мой план тут как раз и правда лучше всего. Хотя и кажется после того, что я тут увидел, каким-то поверхностным, несерьезным.

«Разумеется, твой первоначальный план — мальчишество», — тут же встрял в мои мысли профессор, — «Но в данном случае, он делает в точности то, что нужно. А против божественных эффектов я только при установлении контакта возражал. А тут да, очень полезно снабдить надписью, чтоб никто больше не повторял. Давай, действуй.»