Admin - i fe97f0fcb7d590ba

-Вот вот! - закивал Дэнджен. - Я тоже не понимаю, зачем нам разделяться?

Я улыбнулся: -До четвёртой инициации нападения дарканов не предвидится. Я не дурак, и не собираюсь использовать магию тьмы, чтобы те спокойно нашли меня.

-Что делать тогда мне? Мои воронки тьмы тоже могут притянуть внимание дарканов.

Я почесал подбородок. Да, Зирани права. Странно, что и она способна использовать магию тьмы: -Ну, придётся тебе, Зи, пока обходится без разрушительной магии и использовать простую.

-До каких пор?

-До тех, пока не возникнет смертельная необходимость её использовать.

-Всё равно не понятно, зачем разделять отряд, - повторил Дэнджен.

-Раз враг решил сделать Эриос опорной базой для вторжения в Ардан, нам тоже надо обосноваться и основательно закрепиться здесь. Поэтому, мы с Зи останемся и начнём создавать нашу собственную базу - тут в Марите. Ты, тем временем, найдёшь Трено. С нашей обострившейся способностью чувствовать друг друга, - я вытащил из-за пазухи заранее подготовленный для этого разговора футляр с указом короля Айдина о свободном передвижении по Зарасу, - а так же с этим - ты легко доберёшься до Зиала и отыщешь Трено.

-Но я буду один!

-Ты всегда был под влиянием брата. Теперь ты хочешь быть под моим влиянием? У меня своя тренировка, напарник, а у тебя будет своя. Побыть некоторое время в одиночестве пойдёт тебе на пользу.

Дэнджен открыл рот и хотел было что-то сказать, но, не найдя слов, просто вздохнул.

Зирани усмехнулась: -Хорошо, тогда какова моя тренировка?

-Полагаю, ты всю жизнь притворялась мужчиной. Не знаю почему, но сама расскажешь, если захочешь. Теперь тебе надо быть собой - привыкать к этому. Чем не тренировка?

Зирани вновь усмехнулась, только в этот раз горько: -Ладно, к чему откладывать на потом то, что в любом случае придётся рассказывать? - Некоторое время принцесса молчала, потом, собравшись мыслями, заговорила: - Мой отец всегда хотел наследника, но родилась наследница.

-Разве нельзя было потом попытаться родить ещё одного или нескольких детей? - удивился Дэнджен.

-Думаешь, отец с матерью не пытались? - на лице принцессы проступили возмущение и печаль. - Я была первой, все остальные дети рождались мёртвыми. Ни лекари, ни маги так и не поняли, почему так происходило. В конце концов, отец смирился с этим. Мне было семь лет, когда он решил воспитывать меня, как мальчика. Конечно же, мужчиной я от этого не стала, но влияние на моё тело соответствующее воспитание наложило. Ну, в общем, вы сами всё видели до и после инициации. Я росла среди солдатов, меня обучали воинскому искусству, владению двуручным мечом. Норен - мой меч - стал другом и защитником, - Я лишь усмехнулся её словам; как же мы с ней в этом похожи - я погладил рукоять кинжала, висящего на поясе. Только в отличие от неё, я не привязывался конкретно к какому-либо кинжалу. Среди них ни один уникальный мне не повстречался, которому я мог бы дать имя, чего не скажешь о моём втором оружии. Пусть оно и не стало мне таким близким, как кинжал, но оно было рядом со мной, когда Адари отдала меня хранителям огня.

-Когда мне исполнилось десять, - продолжила Зирани, - мной, наряду с солдатами, занялись и маги. Днём владение оружием, вечерами медитации и концентрация внимания. Всё это изматывало и ночью я просто отключалась, едва добравшись до постели. На следующий день всё повторялось. Вскоре, я начала думать, что сломаюсь, если так продолжится. Но ради отца я заставила себя быть сильной. Чтобы он мог гордиться своей наследницей. Правда, почти никто, кроме наставников и родных, не знал, что я на самом деле девушка. Потому-то мне и дали имя Зито. Ну а дальше - вы всё знаете.

-М-да, не самая сладкая жизнь, - задумчиво протянул Дэнджен.

-Это уж точно, - усмехнулась Зирани. - Но всё в прошлом. Я не особо переживаю по этому поводу, благодаря урокам отца, научившего меня контролировать эмоции.

-Уверен, ты станешь достойной королевой и преемницей его наследия. Думаю, даже сейчас, где бы ни был твой отец, он гордится тобой, - добавил я.

-Спасибо, Райсэн.

Более мы ни о чём не говорили, наслаждаясь относительно скромной трапезой. Дело клонилось к вечеру, так что в скором времени нам стоило прибыть к старосте.

Выйдя из таверны, я остановился, как вкопанный. На пороге, прислонившись к деревянному столбу и скрестив руки на груди, под навесом стоял Талгас.

-Привет, герои, - произнёс он, подняв ладонь.

-Ты! - прошипел я, чувствуя, как в сердце вскипает ярость.