Встаньте на то место, где когда-то находилась украденная вещь, и говорите:
Ой вы, силы зла,
Ой вы, темные силы,
Явитесь ко мне сюда,
Несите острые вилы,
Сыщите след моего врага
И проколите ему бока,
Чтоб он от боли не мог бы спать,
Не мог дремать, не мог лежать.
Не смог бы сесть,
Не мог бы встать,
Не смог молитву прочитать.
Слушайте, великие силы тьмы,
Слуги дьявола-сатаны,
Кто украл мое – того терзайте,
Речь и зрение у него отнимайте.
Напустите на него глухоту,
Наведите на него немоту,
Обрядите его в маету,
В черную, кромешную слепоту.
Пусть он, вражина, мается,
Как сухая былина, шатается.
Пусть нутро у него болит,
Режет, колет, огнем горит,
Задыхается пусть и страдает,
Ни минуты покоя не знает,
Разум, ум свой теряет,
Вместо хлеба говно хватает,
Ест его и грызет,
Кровь свою, а не воду пьет,
Купается в ней, задыхается
И собственной тени пугается.
Ноги его пусть ломаются,
Руки не поднимаются.
Крошатся зубы и кости,
В зеницы ему острые гвозди.
Будь мое дело споро,
Нет ему отговора.
Не избыть его, не отмолить,
Никому его не перебить.
Дело в дело. Слово в слово.
Ключ, замок, язык.
Аминь. Аминь.
Аминь.
Заговор на обретение утраченного
Из письма:
«Я работала директором ресторана. Сказать, что я жила хорошо, это значит ничего не сказать. У меня было все, что я хотела, я думала, что родилась под счастливой звездой. Но все рухнуло, и я осталась ни с чем. Случилось это из-за глупости, из-за моего вспыльчивого характера. Уволила я с работы ни в чем не повинного человека за то, что она осмелилась при всех сказать, что я не права. Я не просто ее уволила, а по статье, как лицо, утратившее доверие, чтоб она уже нигде не смогла устроиться на работу. В глубине души я понимала, что не права, но старалась об этом не думать.
Спустя несколько дней после ее увольнения начались и мои беды. К нам в ресторан нагрянула проверка, и, хоть у нас было все относительно нормально, нам выписали огромный штраф. Затем последовали неприятности от других проверяющих организаций. Проверки шли одна за другой. Потом случился пожар, и здание сгорело полностью. В здании были также и жилые квартиры, но возбудили уголовное дело в отношении ресторана, и нас обязали возместить погорельцам стоимость их квартир и имущества. Все, что я имела – и дачу, и машину, и дом, и квартиру в центре, – мы все продали, но всех долгов оплатить все равно не смогли. Не стану здесь описывать все беды и неприятности, их было слишком много. Скажу только, что на улице ко мне подошла моя бывшая работница, та, которую я зря обидела и уволила по статье. Она мне сказала: „Хочу, чтобы ты, змея, знала, что ты таким образом отдаешь мне свои долги. Я заплатила колдунье, и она по моей просьбе забрала у тебя все, что ты имела. Теперь ты в моей шкуре и наконец сможешь понять, что испытывают те, кого унижают и обижают!'“
Уважаемая Наталья Ивановна. я давно уже раскаялась в своем поступке. Но разве виновны мои дети, ведь у нас огромные долги и перед банком, и перед людьми. Умоляю Вас, научите молитве, которая будет способствовать благим обстоятельствам, чтобы я могла работать и вновь обрести утраченное».
Пойдите к вспаханному полю, бросьте наотмашь в землю зерна пшеницы и трижды скажите:
Как ты, мать-земля, в себя семя берешь
И назад плоды отдаешь,
Так бы чтоб ко мне удача вернулась,
Обручальным кольцом
На мне (имя) замкнулась.
В меня бы она впилась,
С душою и телом сжилась, срослась
На ныне и на всегда на все времена.
Аминь.
Из письма:
«Я живу с дочерью, сыном и старенькой мамой. И поскольку к моим детям иногда приходят друзья, то я вынуждена (как, наверное, и все) прибирать подальше то, что у нас есть ценного (серьги мои, цепочку да колечко, которое осталось от умершего мужа). Денег у нас много не бывает, но и их я убираю от греха подальше. И вот случилось так, что я схватилась, а вещей и денег нет. И вспомнить не могу, когда я их в последний раз доставала, а за это время то одни друзья были, то другие. Вот и не знаю, при ком из них пропало мое добро. Так мне потерю жалко, вы бы знали, ведь я уже теперь этого не куплю».
Для вас этот заговор:
Как Святого Креста черт
Боится, не приближается,
Так пусть вор
До поклажи моей не касается
Ни днем, ни при луне,
Ни при вечерней заре,
Лежит поклажа моя благословленная,
Господом Богом сохраненная.
Никто к поклаже не подойдет,
Никто ее в руки не возьмет.
Духом дуну, слюной плюну.
Ключ. Замок. Язык.
Аминь. Аминь.
Аминь.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу