Юля (обнимает ее): Ну, ладно, ладно… Ну, что ты…
Вера (Юле): Прости меня… Пришла, нагадила вам тут всем…
Юля: Ничего ты не нагадила. Ничего с нами не случилось. И с ним все будет нормально. Увидишь.
Вера: Прости, Сереж. Дура я.
Кот молча, но очень отчетливо кивает.
Вера: Пойду я. Простите (встает).
Юля: Погоди. Посиди минут десять.
Вера: Зачем?
Юля: Просто посиди. Потом пойдешь. Просто посиди, успокойся.
Сергей: Не надо тебе сейчас за руль. Надо успокоиться.
Вера: А тебе, Сережа, я благодарна. Очень.
Сергей: За что?
Вера: За все. За то, что не ты от меня ушел… От стервы… А я. От тебя. А ты терпел.
Юля: А с чего ты взяла, что ты стерва?
Вера: А кто я?
Кот (вполголоса): Вот именно.
Юля: Да нормальная ты баба. Обычная. Такая же как я. Примерно. В общих чертах.
Вера: Ага. Нормальная. Приперлась тут…
Юля: Ну, так ты ж не специально. У тебя же цели нагадить не было.
Вера: Ой, не знаю… Так все хорошо было… Сидела, ощипывала гуся. Он из деревни привез. Большой такой. Гусь. (коту) Больше тебя.
Кот вздрагивает.
Вера: В яблоках хотела сделать. Рецепт хороший нашла. Сидела себе, щипала. Пух. Маленькую подушку хотела сделать. Под локоть. Ему. Он ведь сам домашний такой. Уютный. С работы придет, за стол сядет — я ему салатик. Из трех блюд. Потом первое. Потом второе первое. Пока покушает — уже вечер. Сядем кино смотреть. Он любит, когда стреляют. Когда громко, близко стреляют — значит, уснул, храпит. Бужу его, идем спать. У него лицо во сне детское такое, беззащитное. Чисто как у ребенка. Только во всю подушку. Он на работе-то устает. То подними, это принеси… Это сломай, вот это этим в землю вбей на два метра. Устает. Вот я подушку ему и придумала. Под локоток. Для отдыха. Щипала себе сидела. И предчувствий никаких не было.
Юля: И не надо никаких предчувствий. Все будет хорошо. Приедет. Починит машину, телефон, позвонит, приедет. Сильный мужчина. Боксер. Все с ним будет в порядке.
Сергей: Преступность во всем мире снижается. И аварий меньше. Он пристегнутый ездит?
Вера: Да. Всегда.
Сергей: Ну, вот. Смотри. Мы сейчас спокойно посидим. Попьем чаю. С тортом. А потом…
Вера: Да, Сереж, да. Хорошо. Прости. Нашло на меня. Одурела.
Юля: Вот и ладно. Одурела — и обратно в себя пришла. Мы же бабы. С нами бывает.
Вера (Юле): Прости. Ты хорошая. Ему с тобой повезло. Ему и со мной повезло. Но потом мне с ним не повело. Ой. Ну, то есть, нас в разные стороны повезло.
Сергей: Торт стынет. Давайте по кусочку. На пустой желудок в голову всякая фигня лезет. А когда желудок работает, голова отдыхает.
Вера (коту): И ты прости. Кот. Я же ведь… Ну, не кошатница я. Но и не живодерка. Прости уж, что… Я же не со зла, а… От бешенства. Мы же бабы. У нас бывает.
Кот отчетливо и степенно кивает
Юля: Вот и ладно. И давайте выпьем. Чаю. За все хорошее. И за всех хороших. За тех, кто тут. И за тех, кто в пути.
Сергей: Позвонит. Никуда не денется.
Юля: Позвонит. И приедет. Просто немножечко подождать.
Кот хмыкает. Юля и Сергей смотрят на него.
Кот: Ну… Если кого-то интересует мнение животного… То…
Вера: Интересует.
Кот: То никуда не денется. Позвонит.
У Веры в сумочке звонит телефон. Она вскакивает со стула. Кричит. Долго не может открыть сумочку. Открывает, достает телефон. Смотрит на экран огромными глазами.
Вера (прижав телефон к уху): Ты где?!! Где?!! Что?!!
Вера с трясущимся в руке телефоном слушает, Юля и Сергей улыбаются, кот усмехается.
Вера: Да? А как… А… Нога?.. Столб?.. Бомба?.. Свинина?.. Лавровый лист?.. Нет! Нет! Погоди! Хорошо. Хорошо. Свинина. Будет жить. Все понятно.
Вера опускает телефон. Но продолжает смотреть на него. Юля, Сергей и кот молчат. Но улыбаются. Но неуверенно.
Вера: Банка у него взорвалась в машине. Свинина. Не докрутил.
Юля и Сергей выдыхают. Кот пытается не ржать.
Вера: Въехал в столб. Ушиб ноги. Телефон сломался. Большая. Двухлитровая. На сиденье лежала. Взорвалась как пятилитровая. Лавровый лист в глаз. Я ему говорила, зачем столько лаврового листа? Все, я поехала.
Пауза.
Вера: На сорок первом километре стоит. Машина. Сам в больнице. Говорит, будет жить. Нога. Шутит. Я знаю, где это. Я поехала.
Вера стремительно и уверенно покидает квартиру. От растерянности и слез не осталось и следа. Уже почти закрыв за собой дверь, она просовывает голову обратно.
Читать дальше