Нурдин Музаев - В долине Аргуна

— А ведь я ищу тебя. Ты — Саша, — он достал из кармана белоснежный платок и стал вытирать разгоряченное лицо. — Аллах всемилостивый, как летит время!

— Время действительно не стоит на месте, — холодно заметила Саша.

— Как ты выросла, крошка моя!

— Позвольте! — возмущенно метнула взгляд девушка.

— Да, да, именно крошка, — ласково повторил обладатель бостоновых галифе. — Я имею право так тебя называть, ибо я — твой дядя.

— Дядя? Родной? — изумленно воскликнула Саша.

— Твой покойный отец Ахмед Легаев был моим двоюродным братом. Но ты же знаешь, что у чеченцев двоюродный брат все равно, что родной. Значит, ты моя родная племянница.

— Но как вас зовут?

— Мое имя Жума Хушпаров.

— Жума?.. Это ваш дом исчез сегодня ночью?

— Мой, девочка, мой, — сокрушенно вздохнул Хушпаров. — Я был в гостях у приятеля, там и заночевал, а утром приезжаю — пустое место! Как это ужасно! Из всего имущества только и осталось, что вот эта жалкая железная коробка, — Жума презрительно кивнул в сторону машины, — да чемоданчик с одеждой.

— Где же вы теперь будете жить? — спросила сердобольная девушка.

— В машине — где же еще! Твердые духом люди жили и в бочке…

— Но это невозможно!.. Я бы с удовольствием позвала вас к себе, но я сама временно живу у дяди.

— У Товсултана Казуева?

— Да, у Товсултана.

— Это мой брат.

— Как так? — опять изумилась девушка.

— Рассуди сама: если он тебе дядя и я тебе дядя, то кто же мы с ним друг другу?

— Действительно, — растерянно согласилась Саша. — Но тогда прекрасно! Пойдемте к вашему брату, и он приютит вас.

— Нет, нет! — замахал руками Жума. — Я никого не хочу обременять… Вот только, если тебя это не стеснит, я оставил бы на несколько дней свой чемоданчик. Ты живешь в отдельной комнате?

— Да, у меня отдельная комната, правда, сейчас мы живем с Верой, моей подругой, она приехала из Грозного погостить. Конечно, вы можете оставить у меня свои чемодан на какой угодно срок.

— А эта Вера, — замялся Жума, — вполне надежная девушка?

— Что значит надежная? — не поняла Саша.

— Ну, хорошо, едем, — заторопился Жума и распахнул дверцу машины.

По дороге, довольно ловко крутя баранку, святой шейх говорил:

— Ты родилась и росла здесь, в Тийна-эвл. А потом осиротела и несколько лет прожила в детдоме. Конечно, ты многого не знаешь в родном ауле. Ну, хотя бы Абдулрешид тебе известен?

— Какой? Старик?

— Вай-вай! Какой! Это же глава всего нашего рода. На нем лежит ответственность за всех нас, в том числе и за тебя…

— Я сама за себя отвечаю, — с достоинством сказала девушка.

— Человек один — ничто, — изрек Жума. — Человек силен только своими родственниками. Чем больше у него родственников, тем он сильнее. Без согласия и ведома главы рода даже волос не может упасть с головы члена этого рода.

— Странные вещи вы говорите, дядя Жума, — усмехнулась Саша.

— Ничего странного. Это священный закон вайнахов. А ты, между прочим, уже многое в своей жизни совершила без ведома главы рода: кончила техникум, поступила в институт…

— На все это я должна была получить согласие какого-то Абдулрешида? — засмеялась Саша.

— Да! — жестко сказал Жума.

— А где он был, этот глава, когда меня отдавали в детдом? — вспылила девушка. — Почему не взял меня к себе? Почему не удочерил? Почему и вы так долго искали меня?

— Дети пророка не должны, не смеют осуждать старших! — молитвенно произнес Жума.

— Да вы, дядя, в своем ли уме?..

Неизвестно, к чему бы привел этот разговор, но тут машина остановилась — приехали.

— Кто-нибудь дома есть? — спросил святой шейх, вытаскивая из багажника большой тяжелый чемодан прекрасной желтой кожи.

— Кажется, никого.

— Ну, и прекрасно… А это тебе, — Жума протянул Саше другой чемодан, по сравнению с первым совсем маленький.

— Что тут?

— Потом посмотришь… Может быть, после этого ты не станешь так сурово осуждать своего несчастного бездомного дядю.

— Мне ничего не нужно, у меня все есть.

— Нельзя отказываться от подарка дяди. Этим можно прогневать аллаха.

Пыхтя и отдуваясь, святой шейх втащил тяжеленный чемодан в комнату Саши и засунул его под ее кровать.

— Все в порядке, — сказал он, отирая со лба пот. — Я надеюсь, никто не будет совать нос в мой чемодан?

— Как вы могли подумать!

— Да ведь я же не тебя имею в виду, — извинительным тоном сказал Жума. — Но мало ли…

— Можете быть совершенно спокойны.

— Спасибо, спасибо, — святой шейх обнял Сашу и поцеловал в лоб. — Я зайду за ним через несколько дней, когда подыщу себе жилье. А пока — прощай, дорогая племянница. Да поможет тебе аллах. Я пошел. Спасибо за внимание.