Даниэла Стил - Музыка души

– Я тоже часто думаю, что буду делать дома, – грустно призналась Стефани.

– Ну так не уезжайте, Стиви! – горячо воскликнул Чейз и обнял за плечи, а спустя секунду уже крепко прижал к груди. Стефани не отстранилась, не попыталась освободиться. В его объятиях она чувствовала себя спокойно и уютно, с каждым днем все больше привыкая к этому удивительному человеку.

– Нужно ехать. – Но она и сама уже не могла вспомнить, зачем.

– Нет, не нужно, – мягко возразил Чейз, низко склонившись. – Можете делать все, что захотите… например, остаться здесь.

– И что же я здесь буду делать? – спросила она шепотом. Единственное, что связывало ее с Нэшвиллом, – это отношения с Чейзом, хотя все здесь казалось прекрасным.

– Например, сочинять тексты к моим песням, – уверенно ответил он. – Или придумаем еще что-нибудь.

Прежде чем Стефани успела что-то возразить, Чейз нежно поцеловал, и голова закружилась. Прикосновение губ оказалось легким, как крылья бабочки, и все же поцелуй получился глубоким и пылким, а когда он отстранился и посмотрел полными любви глазами, она едва не задохнулась.

– Я без ума от тебя, Стиви, – прошептал Чейз. – Не хочу никуда отпускать. Как только уедешь, жизнь сразу опустеет. Такого со мной никогда еще не случалось.

– И со мной тоже, – призналась она. Чейз снова поцеловал, теперь уже не только нежно, но и страстно. Он желал ее, но не хотел пугать, зная, насколько новым окажется для нее чувство. И все же рядом с этим человеком она не испытывала страха.

– Не хочу тебя отпускать, – повторил он.

– Придется что-нибудь придумать, – неопределенно ответила она, хотя сама не знала, что именно. В Сан-Франциско осталось многое: жизнь, друзья, история, дом, куда дети приезжали на праздники. А Чейза держала в Нэшвилле работа, которую невозможно было перенести в другой город, с атлантического побережья на тихоокеанское. Оба не были детьми с пустой биографией, а жили не только в разных концах страны, но и в разных мирах. Понимала Стефани и то, что они едва знали друг друга, что после десяти дней общения нельзя оставить за спиной целую жизнь. Да он и не просил это сделать; просто сказал, что она ему дорога, и попросил остаться. Пока этого было достаточно. Возникшая проблема нисколько не испугала, но Стефани не представляла, как ее можно разрешить.

Они снова поцеловались, а потом перешли из кухни в спальню, легли на кровать вместе с Фрэнком и Джорджем и включили фильм. Джордж так храпел, что пришлось увеличить громкость, и они долго смеялись. Стефани успела полюбить милых, забавных собак. Все подружки Чейза их ненавидели и требовали выгнать во двор, а Тамра и вообще страдала аллергией на шерсть, так что, пока она не ушла, действительно приходилось держать животных на улице. Но Стефани эти смешные создания очень понравились.

Той ночью он не пытался ее любить. Просто лежал рядом, обняв, и время от времени целовал нежно и невинно. Спешить было некуда, хотя Стефани чувствовала силу мужского тела и во время поцелуев ощущала страсть. Чейз не хотел ее торопить и не терял самоконтроля. Мудрый, добрый друг, рядом с которым нечего было опасаться.

– Для меня в твоей постели все равно не осталось места, – шутливо заметила Стефани и показала на собак. Разговор зашел о том, что незачем спешить с близостью. Не хотелось совершать этот серьезный шаг бездумно, не удостоверившись в чувствах. Отношения развивались стремительно, и оба согласились, что разумнее немного подождать.

– Парни заняли все пространство, – улыбнулась Стефани, когда Фрэнк вытянул во сне длинные лапы, подтолкнув ее ближе к Чейзу, а Джордж захрапел еще громче.

– Думаю, удастся что-нибудь с этим сделать. Попробую поговорить с ними по-мужски, – пообещал Чейз. – Может быть, как-то распределим время на кровати.

Они снова засмеялись, а после фильма еще некоторое время лежали рядом и целовались. Чейз сгорал от желания сделать любимую своей и мучительно страдал от ожидания, однако они договорились не форсировать события.

– Надеюсь, наши дети ведут себя так же благоразумно, – с улыбкой заметил Чейз.

– Сомневаюсь, – возразила Стефани. – Подозреваю, что подобная сдержанность возможна только в нашем возрасте.

– Со мной такого никогда не случалось, – согласился Чейз. В прошлом он, недолго думая, бросался в омут головой и всякий раз попадал в водоворот. А сейчас оба проявляли завидную осмотрительность.

Они с сожалением встали с кровати и спустились. Чейз отвез Стефани в отель. Прежде чем открыть дверь и выйти из машины, долго целовались. Он посоветовал, где лучше остановиться в Атланте, а она пообещала позвонить сразу, как приедет. Дорога занимала четыре часа, так что до вечера должно было остаться свободное время. Стефани собиралась погулять по городу, заглянуть в магазины, может быть, зайти в музей, встретиться за ужином с Майклом и Амандой и на следующий день вернуться в Нэшвилл.