Даниэла Стил - Музыка души

– Я тоже рад возможности побыть наедине, – негромко ответил Чейз. – Не перестаю думать о милости судьбы, которая свела нас на туристической тропе.

Порою казалось, что они знакомы всю жизнь. Стефани уже успела поведать такие подробности своей биографии, о которых прежде никому не рассказывала. Чейз ответил с равной откровенностью, не утаив даже того, что изменял Тамре.

– Судьба – странная штука, – добавил он. – Порою кажется, что люди приходят в нашу жизнь, чтобы чему-то научить.

– Я тоже так думаю, – согласилась Стефани, хотя и не верила, что способна чему-то научить этого человека. А вот он научил ее жить настоящим и даже сумел убедить отправиться в Нэшвилл. Правда, поехать в Лас-Вегас она решила сама.

– Вы вели более стабильную жизнь, чем я, – признал Чейз. – Посвятили себя воспитанию детей. А я в молодости думал только о карьере, без конца мотался по гастролям и редко виделся с сыном. Дерек вырос без отца, но, к счастью, не обижается. Часто приезжает из Мемфиса, чтобы повидаться. Обожает шоу «Гранд оул оупри». У него тоже отличный голос, но в наш бизнес парня никакими пряниками не заманишь: увлечен работой в строительной фирме.

– Женат? – Стефани вовсе не собиралась выяснять подробности, однако что-то в ночной дороге располагало к откровенности и личному интересу. Тем более что о ее жизни спутник уже знал если не все, то многое.

– Нет, – улыбнулся Чейз. – Слишком дорожит свободой, как и я в его возрасте. Девчонки за ним постоянно бегают, но поймать не могут. Для этого парень слишком умен и сдавать позиции не собирается.

– Ему следует поговорить с моим Майклом. Ужасно боюсь, что подруга убедит его жениться. Не захочет упустить такого приличного, основательного, надежного мальчика. Кажется, она твердо вознамерилась выйти за него замуж.

– Судя по всему, сын похож на вас. – Чейз быстро обернулся и взглянул при свете приборной доски. Стефани распустила волосы, и в тусклом мерцании разноцветных лампочек лицо казалось мягче. – Вы тоже приличная, основательная и надежная. Та, что всегда будет рядом. В моей жизни подобной женщины не случилось ни разу. Всегда тянуло к необузданным, непредсказуемым особам. Такие казались интереснее. Потребовалось немало лет, чтобы понять, что от них одни неприятности и переживания, а больше ничего. Когда необходима поддержка, не готовы даже выслушать.

– Вы сделали меня такой скучной! Приличная, основательная и надежная – почти как добротная старомодная машина или пожилая рабочая лошадь.

– Ошибаетесь, никакой скуки! К такой женщине хочется возвращаться, а не бежать от нее куда глаза глядят.

– Может быть, поэтому Билл и завел роман на стороне. Знал, что я все равно никуда не денусь, и решил поискать свежих отношений. Правда, подруга его вовсе не была необузданной, просто соскучилась в браке. Думаю, Биллу тоже надоело однообразие.

– С хорошей женщиной однообразие не утомляет, – рассудительно заметил Чейз. – Сейчас я предпочел бы быструю машину, но медленную женщину. Быстрая сожжет. Те, которых я знал, всякий раз именно так и поступали.

– Правильные ответы на сложные вопросы мне неизвестны, – вздохнула в полутьме Стефани. – Те браки, которые, продолжаются на моих глазах, меня бы не устроили. Подруге Джин муж постоянно изменяет, и она давным-давно его не любит. Не разводится только потому, что у Фреда куча денег, и она сознательно выбрала богатство. А другая подруга, Элисон – та самая, которая только что звонила, – безумно влюблена в мужа. Но у нее столько иллюзий, что становится страшно: кажется, что обязательно случится что-нибудь плохое, и воздушный замок рухнет. Как у нас с Биллом. Никогда не думала, что он мне изменит, а он это сделал. После этого жизнь уже не стала прежней, а отношения так и не склеились.

– Может быть, если любовь умерла, не стоило оставаться рядом? Даже во имя детей. Это недостаточная причина, чтобы тянуть ярмо ненужного брака.

– Мне всегда казалось, что достаточная. А теперь не знаю. Возможно, я ошибалась. – Стефани растерянно замолчала.

– Что думали по этому поводу дети? Вы их спрашивали?

– Они были маленькими, и мы не рассказывали о том, что произошло. Мне не хотелось, чтобы они ненавидели отца.

– Вы благородная женщина, Стиви. А дети были не такими уж и маленькими. Из ваших слов можно сделать вывод, что старшим к тому времени исполнилось восемнадцать и шестнадцать, а младшей – тринадцать. В этом возрасте уже следует понимать, что хорошо и что плохо. В восемнадцать лет у меня родился собственный сын. А когда мне исполнилось столько, сколько вашему сыну сейчас, моему было семь. Так что повзрослеть пришлось рано. У нынешних молодых людей детство затягивается. Тогда были другие времена, да и мир тоже был другим. На юге женились и выходили замуж почти подростками, особенно бедняки. Никто из моих знакомых не учился в колледже. Как правило, девочка едва успевала окончить школу, прежде чем выйти замуж и через девять месяцев родить ребенка. А нередко и замуж выходила уже после того, как узнавала, что беременна. Вот почему я строго слежу за Сэнди. Не хочу, чтобы эти важные события – беременность и замужество – произошли раньше времени. Ее ждет большое будущее, но ради успешной карьеры надо работать. Мечтаю, чтобы через пару лет, когда голос наберет силу, она записала альбом. Пока еще рано, но время придет. Это лучший подарок, который я способен сделать ее отцу. Он был замечательным музыкантом. Умер от опухоли мозга, всего через шесть недель после того, как поставили диагноз. Смерть друга заставила задуматься о жизни, о будущем и о том, как стремительно и неожиданно может прийти конец.