Ольга Николаева - Я иду искать

Бывают несчастливые дни, когда добраться из Питера в Пушкин невозможно без проклятий в адрес пригородного транспорта, бессердечной питерской погоды и всей своей жизни заодно. Вот и сегодня, выслушав на вокзале объявление о том, что электрички задерживаются на неопределённый срок, и обозрев угрюмо застывшую на платформе толпу, Вадим понадеялся на автобус или маршрутку и теперь замерзал на остановке, уповая на внезапное чудо на четырёх колёсах. Внезапное, потому что их движение прекращается в одиннадцать вечера, а сейчас было уже начало двенадцатого. И единственной спасительной соломинкой для тонущих в этом промозглом мартовском вечере являлись частники, терпеливо ждущие своего часа в припаркованных неподалёку от остановки машинах. Правда, для Вадима и эта надежда была более чем призрачной — вряд ли кто-то возьмёт пассажира, у которого в кармане шуршат то ли три то ли четыре жалкие десятки. Вадим мысленно обозвал их стервятниками, присовокупив к этому несколько ярких выражений, и снова, собрав остатки неумолимо таящей надежды, всмотрелся в огни фар равнодушно проезжающего мимо транспорта, упорно не желающего при ближайшем рассмотрении оказываться пригородным.

Четверть двенадцатого… двадцать минут… половина… Ни одной милосердно опоздавшей маршрутки. К уныло сбившейся в толпу очереди выпорхнул первый стервятник.

— По сотне до Пушкина!

Вадим зло усмехнулся: ну да, кто бы сомневался! Только у него не то, что сотни, а и пятидесяти рублей не найдётся.

— По цене маршрутки.

Сначала Вадим решил, что ослышался. Обернулся — сзади стоял тот самый мужчина, за которым он недавно украдкой наблюдал. Народ, похоже, тоже не поверил сразу в такую удачу и Вадим первым подошёл к нему.

— До Пушкина довезёте?

Тот кивнул, махнул рукой в сторону своей машины и флегматичным тоном повторил в сторону очереди:

— До Пушкина, по цене маршрутки.

Не дожидаясь шустрых конкурентов, Вадим подскочил к машине с приветливо распахнутыми дверцами и сел на переднее сиденье, заметив беспечно торчащий ключ зажигания. Ну даёт!

Машина покачнулась — на заднее сиденье забиралось ещё трое счастливчиков. И когда водитель вслед за ними занял своё место, Вадим не удержался:

— Вы всегда так оставляете ключ зажигания?

Мужчина даже не отреагировал.

— Закрывайте дверцы, едем.

Машина мягко тронулась с места, огибая голосующих. Вадим искоса взглянул на своего доброго ангела. Свет фонарей и встречных фар пробегал по неподвижному лицу, придавая коже сероватый оттенок, превращая глазницы в чёрные провалы. В памяти закрутилось дурацкая фразочка: «Отпеть — отпели, а похоронить забыли». Вадим поёжился от холода — хоть бы печку в салоне включил! И свет, кстати, а то и так в ужастиках может без грима сниматься. Ему бы ещё клыки вампирские — и всё, готов типажик. Он перевёл взгляд на дорогу, тут же сам себя укорив — действительно, что он на человека напустился? Тот его выручил, в конце концов. Если бы не он, куковать бы сейчас на остановке в ожидании чуда, или — на вокзале, в ожидании такого же чуда. Домой, наверное, только к утру удалось бы добраться. Вадим не выдержал и снова взглянул на водителя, мысленно усмехнувшись: а он утром, наверное, рассыплется в прах, или спрячется в гроб, как Дракула. Надо же такую внешность иметь, с его лицом только поздних пассажиров и возить. Хотя, в общем-то, лицо как лицо, просто свет такой. Ну и серьёзный он очень. А, с другой стороны, чего ему улыбаться? Нет, правда, неподвижное какое-то лицо, неприятно немножко. Вадим снова стал смотреть на дорогу. Минут пятнадцать — и он дома. От этой мысли стало спокойнее, хотя непонятно — а что, до этого разве было неспокойно? Нет, точно, действует как-то этот мужик! Интересно, он всегда такой каменный? Вадим хмыкнул: ей-богу, была б у него с собой канцелярская кнопка, подложил бы втихаря на водительское сиденье. И тут же снова себя укорил за лезущую в голову ерунду, честно постаравшись оставить наконец водителя в покое и смотреть на шоссе и мелькающие на фоне тёмного неба фонари. Однако в тот же момент внутри что-то легонько дрогнуло: обзор слишком хороший, а почему? А потому, что посередине нет зеркала заднего вида. Вадим повернул голову — маленькое зеркальце сбоку машины тоже отсутствовало, только торчало обломанное крепление. Ёлки, это какого хрена?

— У вас зеркал заднего вида нет.

— Разбились.

— Столкнулись с кем-то? — Вадим понимал, что это глупо звучит, но водитель кивнул.