Кэтрин Хьюз - Тайна

– Барбс! – окрик Сельвина остановил ее словесный поток. – Я понимаю, что ты пытаешься заболтать меня, но нам нужно поговорить о том, что будет дальше. Пожалуйста, не надо больше про эту несчастную погоду.

Она понимала, что он прав, но не смогла справиться с собственным возмущением.

– Ты же сам спросил меня, был ли дождь.

Он снова закрыл глаза, и она увидела, как он едва заметно вздохнул. Слава богу, он мог дышать без помощи постороннего оборудования. Достав из сумки баночку вазелина, она помазала Сельвину истрескавшиеся засохшие губы. Он снова открыл глаза и улыбнулся лицу, склонившемуся прямо над ним.

– Спасибо, Триша.

Барбс поцеловала его в губы, и теперь они тоже были в вазелине.

– Я же сказала тебе, Сельвин, что я Барбс.

Видимо, ему показалось это забавным, и его губы растянулись в улыбке.

– Прости, Барбс. Это все лекарства. – И он сделал несколько натужных вдохов, прежде чем продолжить. – Триша теперь оставит меня, скорее всего.

Барбс плюхнулась на стул рядом с ним, вдруг почувствовав неимоверную усталость.

– Не говори глупостей, Сельвин. Эта девушка любит тебя так же, как и ты ее.

Он уставился в потолок.

– Ты думаешь, она будет жить с инвалидом?

– Конечно, – продолжала упорствовать Барбс. – Она ведь здесь все время с… ну, с того дня, когда это случилось.

– Ну конечно, – усмехнулся Сельвин. – Ей нравится строить из себя убитую горем вдову и принимать сочувствующие жесты симпатичных докторов.

– Сельвин! – вскрикнула Барбс. – Прекрати. Она не вдова, а ты не умер!

Она заметила, как из угла его глаза на подушку стекла слеза. Она еще ни разу не видела, чтобы он плакал, и знала, что сейчас он чувствует себя слабым, немужественным, и ему стыдно за то, что он не способен утереть даже собственную слезу.

Она встала и посмотрела ему прямо в глаза.

– Ты не умер, – повторила она и сильно встряхнула его, взяв за плечи. Кровать заскрипела, и рядом закачался мешок с мочой. Но она снова срывающимся голосом повторила: – Сельвин Прайс, ты не умер.

Дейзи выглянула из окна и улыбнулась – на мостовую падали капли дождя. Жара не спала, и над асфальтом поднималось испарение, придававшее дороге иноземный вид. Все лето она ждала этого дня, когда, наконец, небеса прольются благословенным дождем, – и вот он настал. К сожалению, сегодня был праздник, и она обещала Майки сводить его в открытый бассейн «Голубая лагуна». Это было одно из его самых любимых мест, но он не был там с тех пор, как умер его папа. Ожидать от его беспечной матери, что она сводит куда-то собственного сына, не приходилось. Каникулы у школьников подходили к концу, и Дейзи хотела сделать Майки что-то приятное, прежде чем он вернется за парту.

Поборовшись с зонтиком, управляться с которым она уже почти разучилась, Дейзи направилась по лужам к дому Майки, который жил за несколько улиц от нее. Повернув на улицу Багот, она сразу же увидела, как он плещется рядом с водопроводным желобом. Он визжал от радости, запрокидывал голову и старался поймать капли дождя себе на язык. Она позвала его, но дождь был такой сильный, что он не услышал ее голоса. Дверь его дома распахнулась, оттуда выскочила Андреа, схватила сына за руку, развернула его за голову к дому и втолкнула внутрь.

Дейзи ускорила шаг и уже через несколько мгновений, запыхавшись, стояла у их двери. На звонок вышел сам Майки.

– Привет, тетя Дейзи, – поздоровался он, улыбаясь во весь рот. – Я только возьму вещи.

Он побежал наверх, и к двери подошла Андреа с сигаретой в зубах. Одежда висела на ее костлявой фигуре, жидкие волосы выглядели так, словно их не мыли по крайней мере две недели. Под глазами были фиолетовые круги, и если бы Дейзи была не в курсе ее дел, она бы подумала, что ее кто-то избил. Было бы невероятно глупо со стороны кого бы то ни было, предпринять такую попытку, с грустью подумала она, потому что ему самому пришлось бы потом только хуже.

Трясущимися руками Андреа вытащила изо рта сигарету и опустила ее вниз.

– Во сколько ты его привезешь обратно? – Она покачнулась, и ей пришлось схватиться за дверной проем, чтобы не упасть.

– Напою его чаем в пять и приведу домой после этого.

Андреа сделала глубокий вдох.

– А ты не можешь его на ночь оставить случайно?

Хоть Дейзи и любила оставлять у себя Майки, но у него есть свой дом, и он нуждается во внимании матери.

– Что, опять? – не смогла она сдержать раздражения.

– Ладно-ладно, не надо, если это так сложно, – тут же обиделась Андреа. – Просто ко мне гости придут, а он мешает.