Анджей Ясинский - Ник 8

И сейчас внутри все сжалось в ожидании этого чуда. Если Колька поможет найти внучку, ну... Даже и не знает, что она тогда сделает - все что угодно, любая помощь. Хоть и так-то вроде бы не собиралась отказываться. Но все ж таки, брат не понимает как трудно социализироваться в современном обществе. А оно сейчас очень сложное. На порядок сложнее того, которое было еще до его пропажи. Да, оно сложнее, но и устойчивее. Пожалуй, сейчас как никогда высоки все и базовые и сопутствующие показатели общественного устройства и развития. Добиться чего-то исключительного можно только при исключительных же личностных характеристиках. Правда не все так страшно как могло бы показаться. Никто недоразвитых не бросает со скалы как в Спарте, наоборот, вытягивают всеми силами вверх, вплоть до исправления генетики. До вмешательства на генном уровне еще до рождения ребенка правда так и не дошло - пока ввели мораторий на подобные дела, хотя технологии уже существуют. Но считается, что риск навредить все еще выше приемлемого уровня. Правда, такой мораторий существует только в России, а что там твориться за ее пределами - она по крайней мере не знает. А так, у любого человека можно кое-что поправить в генетике. Только прийди в Медцентр и консультируйся сколько угодно, что можно, чего нельзя.

Что-то не туда ее мысли повернули. Елена Владимировна вздохнула и снова глянула на замершего брата. Вдруг в его руках из ниоткуда появилась какая-то веревка. На ней появились почки, которые раскрылись и превратились в странные листочки. Было полное ощущение дополненной реальности. УНИК подсветил веревку... нет, не веревку, а странное растение, просветил и показал, что оно видно только в визуальном диапазоне. Но и не голограмма и не нанитовый экран.

Брат аккуратно провел руками по лиане (да, пусть будет лиана - похожа!), ласково касаясь листочков. Коснулся листика и замер. Тот развернулся в довольно большую тучку, которая тут же превратилась в... Орлова прищурилась, пытаясь подобрать сравнение. Да, будто дырка в пространстве. И через эту дырку видно, как Катюшка усаживается в спортивный автомоб. Вот картинка изменилась - показывается внутренность автомоба, а снаружи пролетают деревья.

- Сережа?

- Автомоб не слушается, - после непродолжительного молчания виновато ответил мальчик.

- Как это так? - Слегка испуганно спросила Катя.

- Не знаю. Просто не реагирует. Кто-то перехватил управление.

- Родители?

- Не похоже.

Тут картинка отодвигается и видно, как автомоб ныряет в воды Ангары. Орлова непроизвольно вскрикнула. Однако картинка еще некоторое время не пропадает, одновременно показывая и спящих детей внутри и снаружи автомоб, несущийся сквозь воды реки. Внезапно все исчезает.

- Хм... - Хмыкает Николай. - Обрыв. Надо еще немного времени, пока разорванные концы найдутся. То ли хвосты рубят, что маловероятно, то ли инфа находится в разных местах и между ее кусками нет прямых и легких путей. - Непонятно сказал он.

Орлова выдохнула. Оказывается она задержала дыхание и даже не заметила этого. Кажется она начала верить. Что свет надежды победит тьму тоски.

Катя Орлова и Сергей Сапожников

Плыть было тяжело, неудобно и страшно. Руки были заняты камнями, чтобы не всплыть раньше времени, и это крайне затрудняло выбор направления. На ногах естественно отсутствовали ласты, что не давало набрать нормальную скорость. Их движения по этой причине напоминали бултыхания легушек в вязком масле. Правда в чем-то детям повезло: туннели и встречающиеся пещерки были достаточно небольших размеров, а камни в руках плохо подобраны и тянули вниз. Но это и помогало - дети отталкивались от "пола" и какое-то время по инерции "летели" вперед по пологой траектории. И так до следующего прыжка.

Видно почти ничего не было, хотя местами стенки слегка светились, развеивая тягучую и молчаливую темноту. Катя очень боялась потеряться и больше смотрела не по сторонам, а на Сережу, который молча взял на себя обязанность ведущего. В ушах шумело только собственное тяжелое дыхание, отскакивающее от стенок пузыря прямо в самые уши. И все время казалось, что на шее под креплением шлема подтекает и вода потихоньку забирается внутрь. Так это или нет, проверить было нельзя, но пугало. Катя незаметно для себя постоянно повторяла мантру "лист зеленый и резной, сладко пахнет он мукой", но от частого повторения она перестала действовать и ее отзвук лишь краем задевал уставшие чувства.