Эдриан Джоунз Пирсон - Страна коров

Женщина примолкла. Затем сказала:

– А… чуть не забыла… – При этом она сняла с носа очки и с важностью оглядела аудиторию. – Веселого Рождества!

Все рассмеялись.

После нескольких финальных вопросов из публики аккредиторы собрали свои вещи и направились начинать аккредитацию.

Это было в понедельник утром. В понедельник днем на большой парковке рядом с планетарием провели парад винтажных грузовиков. Во вторник Марша Гринбом устроила демонстрацию йоги, на которой аккредиторов учили дышать друг другу в ноздри и изгибать спины на манер скептических кошачьих. Аккредитационные собеседования с глазу на глаз начались позже тем же утром, и я из своего кабинета принимал корректировки по тем, что уже состоялись. Вести сочились через дуплексную рацию, и становилось очевидным, что аккредиторы тщательно прочли наш самостоятельный отчет и при замахе не сдерживались. Одна женщина пытала нашего сотрудника бухгалтерии насчет чрезмерной стоимости хлорки, применявшейся в плавательном бассейне; другая желала знать, почему у ног ковбоя с арканом плавает так много дохлых карпов; третья спрашивала, почему, если у преподавательского состава и сотрудников после строительства стрелкового тира и закрытого полигона действительно повысился уровень удовлетворенности, мы недавно потеряли еще одного работника – лауреата премий, нашего только что нанятого преподавателя политологии, всего лишь после одного бесплодного семестра; а еще был седеющий джентльмен, который, пролистав лекцию о нравственном релятивизме, возложил тяжелую длань на плечо нашей этички и отеческим тоном заверил ее, что конец света отнюдь не настанет, даже если Коровий Мык потеряет аккредитацию, – что профессионал с ее регалиями может рассчитывать на то, что ему найдется место в любом общинном колледже страны. Сэм Миддлтон меж тем познакомился с почетным профессором, и эти двое направились к нему в кабинет на собственное собеседование, где на особом заседании за закрытыми дверями два поэта – один штатный и лауреат премий, другой праведный и непримиримый – обсудят разнообразные и студентоориентированные способы, какими наш колледж оценивает собственные процессы оценивания.

– Вы не станете возражать, если я поприсутствую на этом обсуждении? – осведомился я у почетного профессора, надеясь смягчить любые возможные стычки между ним и Миддлтоном.

– Стану, – ответил он весьма холодно. – Это тема для него и меня. Без обид, друг мой, но сие будет изысканье творческих умов. Молчанье против звука. Ритм против рифмы. Мужчина с мужчиной. Если у меня возникнут какие-либо вопросы об управлении образованием, я дам вам знать… – Профессор закатал рукава и устремился в кабинет Сэма Миддлтона.

Наутро в среду устроили родео – под несмолкаемые охи и ахи , а позже в тот же день аккредиторы пригласили кампус на срединедельный форум, на котором комиссия отбивалась от вопросов из публики на темы, относящиеся к ведомственной экспертной оценке. Один за другим члены комиссии высказывали свои взгляды на сам процесс, на упадок интеллектуальной цельности и критического мышления, на последнее решение Верховного суда касательно высшего образования, принятое пятью голосами против четырех, и на ослабление роли гуманитарных наук – и классики в частности – в международных делах. Когда это состоялось, один студент-старшекурсник, шестой год доучивавшийся, чтобы получить двухлетнюю степень, попросил аккредиторов прояснить их личные позиции относительно любви.

– Позиции? – отреагировала председатель комиссии, внезапно вся смешавшись.

– Да, позиции. Какова позиция вашего тела относительно любви? Иными словами, не могли бы вы, пожалуйста, сообщить нам – согласно тем меркам, с которыми вы подходите к нам на этой неделе, – что на самом деле такое любовь?

На что председатель комиссии ответила:

– Сам по себе такой вопрос коварен. Мы суть единый аккредитационный орган, который, как вам известно, состоит из многих индивидов. И потому, разумеется, вне нашей компетенции сообщать вашему кампусу каким бы то ни было определенным способом, что такое любовь. Однако совершенно в наших силах сказать вам, какой ей нужно быть . Иначе говоря – какой ей нужно быть, если вы желаете, чтобы ваш колледж добился возобновления региональной аккредитации…

Передавая микрофон с одной стороны президиума на другую, аккредиторы делились своими разнообразными мнениями о любви, и от них мы узнали, что любви нужно быть как прозрачной, так и доступной; что ей нужно подстроиться под всеохватный смысл существования колледжа; что ей нужно быть основанной на данных и непрерывно усовершенствующейся; и что проверку временем она выдержит, только если станет измеряемой, воспроизводимой, масштабируемой и непротиворечиво объективной.