Энтони Берджесс - Трепет намерения

— Я надеваю халат, и ничто не сумеет мне помешать. Теодореску тут же наотмашь, хотя и беззлобно, ударил его тростью по голеням. Боль кипятком окатила Хильера.

— Сука вонючая,—процедил он сквозь зубы.

Но Хильер был благодарен Теодореску за то, что тот снова превратил себя во врага. Спасибо и на этом! Хильер понимал, что происходит, понимал, что надо торопиться.

— Где деньги?—спросил Хильер.—Одиннадцать тысяч долларов.

Теодореску вытащил все свои деньги. Хильер сказал:

— «Карл Отто» начинается в Зальцведеле, с дома номер сорок три по Шлегельштрассе.

— Так, так.

— Я могу назвать только пятерых членов харьковской группы: Н. А. Брусилов, И. Р. Столыпин, Ф. Гучков, отчества не помню.

— Дальше.

— Может быть, лучше записать?

— Все записывается. В верхнюю пуговицу моей ширинки вмонтирован микрофон. Вот здесь, в левом внутреннем кармане, спрятан магнитофон. Только что, когда вы подумали, что я почесал подмышку, я его включил.

— Оставшиеся: Ф. Т. Крыленко и X. К. Сковорода.

— Так, последний— краинец. Прекрасно. Теперь код.

— Элкин.

— Элкин? Гм… Ладно, ну а теперь за двенадцать тысяч долларов я хочу узнать точное—подчеркиваю: точное—местоположение Департамента 9-А в Лондоне.

— Этого я не могу сообщить.

— Обязаны, мистер Хильер. Более того, непременно сообщите. Ждать осталось недолго.

— Не могу. Это будет предательством.

— Отнюдь. Мы живем в мирное время, никакой войны не предвидится. Все это детские игры на всемирном полу. О каком предательстве может идти речь?

В его огромных глазах светилась добрая улыбка. Хильер улыбнулся было в ответ, затем вскочил и ударил Теодореску. Тот тоже поднялся во весь свой исполинский рост и, не вынимая изо рта сигару, мягко взял Хильера за руки и сказал:

— Ну зачем же так, мистер Хильер? Кстати, как вас зовут? Ах, да, вспомнил—Денис. Мы друзья, Денис, друзья. И если вы не скажете сейчас за двенадцать тысяч долларов, то через несколько минут скажете бесплатно.

— Ради Бога, ударьте меня. Ударьте посильней!

— Нет, мой дорогой, никогда,—вкрадчиво сказал Теодореску.—Итак, мой милый Денис, Департамент 9-А. Точное местонахождение.

— Если вы меня ударите,—сказал Хильер,—я вас возненавижу, но если после этого я вам что-то скажу, то сделаю это по своей воле. Вы ведь этого и добиваетесь, верно?

— Стадия «затмения» уже близко, но еще не наступила. Вы будете говорить совершенно добровольно. Взгляните, вот деньги. Двенадцать тысяч долларов.—Он помахал пачкой перед Хильером, у которого уже поплыло в глазах.—Советую поторопиться.

— Район Чизик. Глоуб-стрит. Недалеко от Девоншир-роуд. От дома номер двадцать четыре до молочной на углу. Боже, Боже, прости меня!

— Простит, не волнуйтесь. Сядьте, мой милый Денис. Хорошее имя—Денис. Оно происходит от «Дионис». Сядьте и успокойтесь. Вам, кажется, некуда положить деньги. Наверное, будет лучше, если я отдам их, когда вы оденетесь.

— Нет, сейчас. Они мои, я их заработал!

— И заработаете еще больше. Хильер выхватил деньги и словно фиговым листком прикрыл ими пылающие гениталии.

— Жаль, что мы с мисс Деви уедем завтра без вас. Но не беспокойтесь, мы вас найдем. Не так уж много мест, где вы сможете поселиться, выйдя в отставку. Впрочем,—задумчиво добавил Теодореску,—вполне вероятно, что вы сами пожелаете разыскать мисс Деви.

Жгучий стыд боролся в Хильере со все усиливающейся эйфорией. Он зажмурил глаза и закусил губу, чтобы не улыбнуться.

— «Веллоцет В» на вас подействовал не слишком сильно,—сказал Теодореску.—Система кровообращения оказалась весьма мощной. Любой другой давно бы уже меня слюнявил и признавался в любви.

— Ненавижу,—с нежной улыбкой проговорил Хильер.—Ненавижу это мерзкое жирное брюхо. Теодореску отрицательно покачал головой.

— Ненависть появится завтра. Но будет слишком поздно. Вы крепко заснете, и рано пробудиться вам не удастся. Но даже если вы и проснетесь до того, как мы с мисс Деви отбудем на вертолете на один из греческих островов, вы все равно не сумеете причинить мне ни малейшего вреда: все утро я проведу рядом с капитаном на мостике. Более того, вам и нечем это сделать. Я предусмотрительно проник в вашу каюту и забрал оттуда «Айкен» с глушителем. Славная игрушка. Теперь она здесь.

Он достал пистолет из левого кармана. Хильер насупился, но тут же улыбнулся. Он чуть было не сказал, что охотно подарит его Теодореску. Но Теодореску, вероятно, предвосхитив его желание, положил пистолет обратно и похлопал по карману.