Наталья Годарова - Мой маленький Советский Союз

Так что же – отказаться от действий?

Когда-то я уже отвечала сама себе на этот вопрос. И сейчас я изо всех сил пытаясь удержать, заталкивая его обратно, опять поднявшийся из глубин корабль-Гулливер, который, отделяясь от тела, все больше убыстряет обороты своего ревущего огнем мотора. И я опять решительно говорю самой себе: «Нет, я никогда не приму гармонию мира, где добро половинчато. Я могу принять только абсолютное Добро. Даже умирая, я не соглашусь ни с чем ни в себе, ни вовне, в чем есть хотя бы проблеск зла. Но как всех жалко, боже мой, как всех жалко – нас терзает наша собственная несовершенная природа и жестоко ломает лишенная подлинной благости действительность. Дайте мне клинок, и я всажу его в собственную грудь – в это гулкое пустое сердце, вероятно, качающее вместо крови какой-то клюквенный сок. Все мы – Ставрогины, постоянно насилующие ребенка внутри. Что может быть хуже этого преступления?»

И тут перед моим мысленным взором появился всадник. Мальчик-со-Шпагой из романа Владислава Крапивина. Но я сразу понимаю, что он на самом деле Христос. Или кто-то, раскрывший в себе Христа.

Отведя своим появлением мою мысленно занесенную над собственным сердцем руку, он с улыбкой сказал:

– В этой жизни можно все.

– А Марина Ивановна говорила, что нельзя, – возразила я машинально.

– В этой жизни можно все, – упрямо повторил Мальчик-со-Шпагой. – Только, пожалуйста, будь благородной. Это больше, чем смирение, больше, чем простая снисходительность. Не слушай ты этого своего дядюшку – он у тебя подустал. Держи честь смолоду. Не подражай. И хорошее найдется само собой. И проложит себе дорогу. Не захотел быть жующим куриц лисом – и пожалуйста, встретил Маленького принца. Отпустил его – и стал человеком. Перестанешь убивать людей и зверей делом, словом и помышлением – и, глядишь, станешь сыном Бога. А быть сыном Бога – значит быть !

– Надо же, а я-то думала, что ты старый и брюзгливый.

– В голове у вас у всех такой сыр-бор!.. Понимаешь, вы растете, а я – умаляюсь. Я – это вы. Когда-то я был грозным Зевсом, потом – справедливым Иеговой. А до того – дарящим духовную радость Кришной. Потом, когда настала Кали Юга и все стало карикатурным и карликовым, я стал для кого-то Мальчишем-Кибальчишем. Но все это – только грани. А какими мы станем, еще не открылось. Мы – то, с чем позволили себе согласиться, пусть даже в своей детской неискушенности. И все же никогда не лишай себя, как и других, права на ошибку.

– Так где же основа? Где критерий истины?

– Он – в пустоте твоего сердца, когда она станет всеобъемлющей. Я – море, способное наполнить только всеобъемлющее сердце. А пока до свидания. Умаляйся и дальше!

– Господь, подожди!..

– Помни: мы хотим видеть мир таким, каковы сами. Но до себя еще надо дорасти, раз росли не в ту сторону. Но если ты не хочешь смотреть не в ту сторону, просто обопрись на меня и иди. Секрет прост. Честь имею!..

Улетел. На его месте остался желтый одуванчик. А до того одуванчик был седой.

Потом появилась целая поляна желтых одуванчиков, на которую я вышла из обступающих меня корабельных сосен. На поляне стояла избушка, толкнув дверь в которую я увидела аккуратно висящее на спинке возвышающегося среди березовой горницы кресла-трона свое выпускное платье.

Шел 1985 год от Рождества Христова. До крушения Советского Союза оставалось меньше семи лет.

«А мне тайна сия открыта не потому, чтобы я был мудрее всех живущих, но для того, чтобы открыто было царю разумение и чтобы ты узнал помышления сердца твоего. Тебе, царь, было такое видение: вот, какой-то большой истукан; огромный был этот истукан, в чрезвычайном блеске стоял он пред тобою, и страшен был вид его. У этого истукана голова была из чистого золота, грудь его и руки его – из серебра, чрево его и бедра его медные, голени его железные, ноги его частью железные, частью глиняные. Ты видел его, доколе камень не оторвался от горы без содействия рук, ударил в истукана, в железные и глиняные ноги его, и разбил их. Тогда все вместе раздробилось: железо, глина, медь, серебро и золото сделались как прах на летних гумнах, и ветер унес их, и следа не осталось от них; а камень, разбивший истукана, сделался великою горою и наполнил всю землю. Вот сон! Скажем пред царем и значение его. Ты, царь, царь царей, которому Бог небесный даровал царство, власть, силу и славу, и всех сынов человеческих, где бы они ни жили, зверей земных и птиц небесных Он отдал в твои руки и поставил тебя владыкою над всеми ими. Ты – это золотая голова! После тебя восстанет другое царство, ниже твоего, и еще третье царство, медное, которое будет владычествовать над всею землею. А четвертое царство будет крепко, как железо; ибо как железо разбивает и раздробляет все, так и оно, подобно всесокрушающему железу, будет раздроблять и сокрушать. А что ты видел ноги и пальцы на ногах частью из глины горшечной, а частью из железа, то будет царство разделенное, и в нем останется несколько крепости железа, так как ты видел железо, смешанное с горшечною глиною. И как персты ног были частью из железа, а частью из глины, так и царство будет частью крепкое, частью хрупкое. А что ты видел железо, смешанное с глиною горшечною, это значит, что они смешаются через семя человеческое, но не сольются одно с другим, как железо не смешивается с глиною. И во дни тех царств Бог небесный воздвигнет царство, которое вовеки не разрушится, и царство это не будет передано другому народу; оно сокрушит и разрушит все царства, а само будет стоять вечно, так как ты видел, что камень отторгнут был от горы не руками и раздробил железо, медь, глину, серебро и золото. Великий Бог дал знать царю, что будет после сего. И верен этот сон, и точно истолкование его!»