Чжан Вэй - Старый корабль

Несколько дней подряд хозяин магазина с женой разговаривали тихонько, чтобы не рассердить помрачневшего Суй Цзяньсу. Уши клиенткам хозяин прокалывал молча, а когда они хихикали, говорил, что может прижечь. Если попадалась особенно красивая, он передавал приспособление для прокалывания Цзяньсу, говоря, что ему нужно до ветру, поворачивался и уходил. После того как Цзяньсу проколол мочки десятку с лишним красавиц, на душе у него немного отлегло. Ещё через несколько дней ноги сами стали приплясывать в такт музыке из магнитофона. К выходным он надеялся, что придёт Сяо Фань. За несколько месяцев тот сумел научить его очень многому, в Валичжэне этому вовек бы не научиться. Например, пользоваться ножом и вилкой в европейских ресторанах, разве он научился бы этому без Сяо Фаня? Нет, конечно. Тот появился в выходные, и они отправились в гостиницу «Глобус». Чжоу Яньянь за стойкой не было, и они поднялись на шестой этаж в танцзал.

И стали смотреть на танцующих. Цзяньсу то и дело останавливался взглядом на седовласом оркестранте, всё ожидал, что тот запоёт. Среди танцующих Чжоу Яньянь не было, и Цзяньсу с Сяо Фанем немного расстроились. Ещё одна мелодия закончилась. Танцоры утирали пот, кто-то выходил на танцплощадку, кто-то уходил. Один из оркестрантов встал, значит, что-то переменится. Когда оркестр заиграл снова, многие аж в лице переменились. Мелодия казалась очень знакомой, понемногу стало ясно, что это ария из пекинской революционной оперы [73] Революционная опера — одна из «образцовых революционных опер», разрешённых во время «культурной революции». «Налёт на отряд Белого Тигра». Вышел и певец, который пел воодушевлённо и недолго. Встало ещё немало народу, стали танцевать диско. Ту и появилась Чжоу Яньянь, в джинсах и огненно-красной блузке. Её партнёром был худощавый юноша с развязным выражением лица. Цзяньсу хотел было указать на них Сяо Фаню, как тот удивлённо ахнул и бросил ему на ухо:

— Главный управляющий!

Цзяньсу в недоумении уставился на него.

— Тот, кто танцует с Чжоу Яньянь — наш главный управляющий.

Цзяньсу чуть не подпрыгнул:

— Этот худой коротышка?

Сяо Фань кивнул и проговорил, пристально следя за танцплощадкой:

— Обычно главный управляющий здесь не появляется, видать, он ею заинтересовался.

— «Ею» — это кем?

— Чжоу Яньянь, — усмехнулся Сяо Фань. — Молодец барышня, умеет, если смогла зацепить нашего управляющего…

Цзяньсу замолчал и впился взглядом в худышку. Вертится неплохо, но попади он мне в руки, шею бы свернул. Механически держа стакан с апельсиновым соком, Цзяньсу прихлёбывал его, но вкуса не ощущал. Пока он так смотрел, мелодия закончилась. Худышка подошёл к своему месту, накинул пиджак, Чжоу Яньянь что-то говорила ему на ухо. Тот с ледяным выражением лица время от времени усмехался. Серьги Чжоу Яньянь раскачивались, когда она, вплотную следуя за худышкой, направилась на выход. Цзяньсу резко встал:

— Пойдём! Пойдём и мы тоже.

И они с Сяо Фанем вышли.

Сяо Фань потащил его к другому лифту, поэтому, спустившись, они как раз увидели, как Чжоу Яньянь под ручку с главным управляющим выходит из гостиницы. Двери им открыл стоявший там плотный мужчина среднего возраста, который вышел вслед за ними. Глянув на Сяо Фаня, Цзяньсу вышел на улицу и увидел быстро отъехавшую «тойоту краун». Сяо Фань тоже вышел и встал рядом.

— Тот, что открывал дверь, водитель главного управляющего, силищи немереной, — комментировал он. Цзяньсу будто не слышал его слов, он лишь смотрел туда, куда скрылся автомобиль. А через какое-то время спросил:

— А сколько лет вашему главному управляющему?

— Я ведь уже говорил, — удивился тот. — Девятнадцать.

— Тогда они не очень подходят друг другу, — покачал головой Цзяньсу. Сяо Фань со смехом похлопал его по плечу:

— Наивный ты человек, господин Суй, право слово.

Цзяньсу вынул руки из карманов брюк и горько усмехнулся. В тот вечер они много пили, и Цзяньсу напился.

Дела в «Балийском универмаге» шли день ото дня лучше, и пришлось нанять двух продавщиц. Девятнадцатилетние девчонки сразу переоделись в голубую униформу магазина. Они были очень симпатичные, и жена хозяина никак не могла с этим смириться. Но их выбирал сам Цзяньсу. В первый же день они научились готовить дешёвый растворимый кофе, на второй научились отмерять ткань, оставляя несколько цуней в пользу заведения, и хозяйка осталась очень довольна. Лазерное прокалывание ушей привлекало симпатичных девиц, а симпатичные девицы привлекали молодых парней, любителей выпить кофе, молодые люди отнюдь не оставались непривлекательны для девиц, их притягивало друг к другу, и в результате в магазине было не протолкнуться. Находились те, кто пользовался этой суматохой, девицы громко визжали, и в конце концов однажды разразился скандал, в потасовке разбили пару качественных кофейных кружек. Жена хозяина хотела было разнять драчунов, но, приблизившись на шаг, получила удар в грудь. Начался переполох, хозяйка вопила как резаная. Лишь через пару часов непрерывной потасовки группа молодых людей неохотно покинула магазин, оставив на полу бесчисленные клочки волос, плевки и следы крови. Цзяньсу велел всем навести порядок, всем, кроме жены хозяина, которая заявила, что у неё опухоль на груди, и ушла отдыхать во внутренние покои. Цзяньсу с хозяином поняли, что наступил момент, когда без расширения магазина уже никак нельзя. Справа от него был общественный туалет, им много лет никто не пользовался, лишь случайные прохожие, когда приспичит. За много лет хозяин с хозяйкой к жуткой вони привыкли, но Цзяньсу и недавно поступившие девицы питали к этому глубокое отвращение. Цзяньсу решил снести туалет, расширить площадь магазина, а заодно и избавиться от этого бедствия. После месяца с лишним хлопот он весь вымотался и понял: чтобы искоренить это зловоние, нужна сильная рука. Думал, пока голова не заболела, пока не вспомнил про помощника Юя. С помощью Сяо Фаня тот согласился написать несколько рекомендательных писем, но беспокоить главного управляющего отказался.