Сергей Мавроди - Сын Люцифера

Строгов прижался лбом к холодному стеклу, постоял так немного, потом повернулся и нехотя побрёл на кухню. Он решил всё-таки выпить чая.

Или нет… Лучше кофе!.. Они же пили с ней именно кофе!.. Там… в баре… на съёмках… с той… девушкой… Да-да! Конечно… Кофе!.. Мы же пили с ней кофе!..

Что ж, выпьем кофе…

__________

И спросил у Люцифера Его Сын:

— Почему же тот человек не бросит всё и не уйдёт? И не попытается начать всё сначала? Он же ещё не слишком стар?

И ответил Люцифер Своему Сыну:

— Но он уже слишком слаб.

И настал сто первый день.

И спросил у Люцифера Его Сын:

— Мир грешен. Люди любят грех, но поклоняются почему-то Богу, а не Тебе. Почему?

И ответил Люцифер Своему Сыну:

— Потому что люди верят, что Бог сильнее. А рабы всегда принимают сторону сильного.

Ведущий ( В): Здравствуйте, уважаемые телезрители! Не будем терять драгоценных минут и сразу начнём. Тем более, что эфирного времени у нас не так уж и много, а сегодняшняя передача обещает быть крайне интересной и насыщенной.

Месяц назад мы встречались здесь, в студии, с руководителем одной из деструктивных сект, секты сатанистов. За этот месяц мы получили огромное! совершенно небывалое число откликов, и это побудило нас продолжить тот разговор.

Сегодня у нас в студии присутствует руководитель этой мрачной, зловещей и загадочной секты.

<���Камера отъезжает, и виден сидящий рядом с ведущим человек. Скучающего вида элегантный мужчина лет сорока. Ведущий обращается к нему.>

Вас не обижает, что я так о Вас отзываюсь? О Вашей секте?

Мужчина ( М) (вместо ответа, лениво): А где же Ваш прежний ведущий?

В(чуть смешавшись): К сожалению, он у нас больше не работает.

М(понимающе усмехаясь): Я Вас слушаю.

В: Так Вас не смущает, что я называю Вашу секту мрачной, зловещей и загадочной?

М: Нет.

В(живо): А почему?

М: Потому что она действительно мрачная, зловещая и загадочная.

<���Воцаряется молчание. Потом ведущий понимает, что над ним насмехаются.>

В(решает выбрать иронический тон): А Вы, значит, так не считаете?

М(со скукой): Мы теряем время. (Иронически.) Драгоценное. Если Вам не о чём меня спросить, давайте спрошу я.

В(неуверенно, после паузы; очевидно, такой поворот событий застаёт его врасплох): Ну, хорошо, спрашивайте…

М: Вот Вы всё время говорите: Бог… Сатана… секта… сатанисты… А почему Вы так уверены, что Христос был сыном именно Бога, а не Сатаны?

<���Снова воцаряется долгое молчание. Наконец ведущий приходит в себя.>

В(растерянно): Простите, я не понял?..

М(спокойно): Откуда Вы знаете, чьим сыном был Христос? Бога или Дьявола?

В: Да!.. Но Он же сам говорил…

М(усмехаясь): Мало ли чего он сам говорил! А может, он просто притворялся? Лгал?

В: Но позвольте! Все эти Его заповеди, всё, чему Он учил — это призывы к свету, к добру!

М: Все его заповеди — это всего лишь правила общежития. И не более того. "Не убий… не укради, не прелюбодействуй…" Если бы на месте Христа был Антихрист, он учил бы тому же самому.

Вы что, полагаете, что Антихрист подстрекал бы всех друг друга истреблять? Тогда все и перебили бы друг друга, и кем же бы Он правил?

В(поражённо): Так Вы утверждаете?..

М: Я ничего не утверждаю. Я просто спрашиваю.

В(пытаясь собраться с мыслями, неуверенно): Но… Он же исцелял… кормил пятью хлебами… ходил по воде…

М: Чудеса? Это всё и Антихрист мог бы сделать. Это не доказательство.

В: А что доказательство?

М: Вот именно. А что доказательство?

В(кое-как собираясь с мыслями): Подождите. Вы хотите сказать… Если бы Дьявол притворился Богом, ну, или Антихрист Христом, то как его можно отличить? И можно ли вообще?

М: Ну, хотя бы и так.

В: Но Христос же учил: по плодам вы узнаете их.

М: Иными словами, различить нельзя? Только будущее покажет. Вы можете поклоняться две тысячи лет, молиться, ходить в церковь, а потом вдруг выяснится, что “плоды” не те? Так?