Александра Миронова - Я вернусь

Так унылая коричневая кухня Рика стала желтой, в компанию к ней Ольга покрасила деревянные стулья в мятный цвет и снабдила окна светлыми занавесками. В гостиной и даже «фортепианной» (как ее прозвала Ольга, выбросив из нее весь хлам и водрузив на полки изящные фарфоровые статуэтки) начало чувствоваться движение воздуха и тепла.

В конце концов Рик, до конца не понимавший, что Ольга пытается сделать из его дома с помощью старой мебели и яркой краски, вынужден был признать – получилось гениально. Изменился не интерьер, изменился сам дух дома. Он стал тем местом, где захотелось бывать.

– Мы должны устроить вечеринку! – заявил Рик, когда последние картины были развешаны по стенам и Ольга провела ему экскурсию по обновленному дому (до этого она пускала его лишь в некоторые помещения). – И показать всем, что я женился на гении!

Ольга рассмеялась. Ей было очень приятно, что Рик оценил ее усилия. Дом стал нравиться и ей самой. Пожалуй, она смогла бы здесь жить. Ольга тут же прогнала нелепые мысли об этом, ее дом – это их стильная квартира с террасой, безнадежно утерянная. Но они обязательно смогут начать все сначала. Она уже тихонько просматривала местные объявления о продаже недвижимости, полная решимости купить дом с террасой и обставить его полностью по своему вкусу. Чтобы продержаться, ей нужно смотреть в будущее с оптимизмом и ни в коем случае не оглядываться назад.

Ольга словно окунулась в юность, когда бегала первые марафоны. Изматывающие, длительные, являющиеся вызовом самой себе. Помнила последние километры, когда важно выбросить из головы все мысли и просто бежать. Так и теперь. Все ее поездки, покупки, погоня за картинками и статуэтками, в сущности своей, не имеющими никакого значения, – все это было километрами марафона, который она намеревалась пробежать сцепив зубы. Вечеринка? Отлично, почему бы и нет, в конце концов, еще один километр, еще один день, прожитый быстрее, чем нужно. Ольга согласилась.

Она недооценила то, что Рик вкладывал в понятие «вечеринка». Он пригласил буквально половину города – всех своих друзей, одноклассников с семьями (с ума сойти, но он даже помнил, как зовут всех внуков его друзей!), сотрудников магазинов, поставщиков, постоянных клиентов…

Ее саму заинтересовали только два персонажа – бывшие соотечественницы, которых она моментально вычислила в толпе. Одну по затравленном взгляду, другую по красному вечернему платью, с таким декольте, что даже Ольге стало неловко и захотелось предложить гостье легкую кофточку.

Она поймала насмешливый взгляд Рика и подмигнула ему.

– Каждый понимает свое счастье по-своему, – дипломатично прокомментировал Рик и удалился к очередным новоприбывшим друзьям.

Их всех он проводил через первый этаж, демонстрируя то, что сотворила с его домом «Олья», и выслушивая в основном недоумение и натужливую вежливость в стиле «Ммм, интересно», «Твой дом и до этого был неплох», «Ты правда сможешь в этом жить, старина? Здесь же дышать страшно», «Я ничего в этом не смыслю, должно быть, это стильно и модно». Местные жители в большинстве своем были далеки от стиля Уильяма Морриса либо вообще не подозревали о его существовании.

Рик очень старался, но Ольга все равно слышала эти комментарии и уговаривала себя не реагировать, натянуть мысленную кольчугу, которая защитит от стрел. Что ей эти люди? Через пару лет она их и не вспомнит. Решив наплевать на ядовитых друзей мужа, она направилась к соотечественницам. В конце концов, она пока что хозяйка этого дома и должна встречать гостей.

– Здравствуйте, – она решила начать со скромной женщины. Та держалась за спиной огромного деда с обветренным красным лицом. Лучше всего тот вписался бы в антураж кантри-концерта, на который ее водил Рик. Дед перебрасывался едкими фразами с пожилым мужчиной с выкрашенной в ярко-рыжий цвет челкой:

– Вон ты как похудел и побледнел, Джордж, смотри не надорвись на молодой кобылке-то, – скабрезно загрохотал Дуглас, а рыжий мужчина налился гневом:

– За собой смотри и своей женщиной, Дуглас.

– А мне ни за кем смотреть не надо, она с утра до ночи дом чистит и денег не просит, а твоя что? На балконе кофе пьет? – огрызнулся Дуглас. Джордж собирался выдать в ответ нечто уничижительное, но спутница красномордого старика заметила хозяйку дома.

– Хеллоу, – скромно поздоровалась она, и Ольга улыбнулась ей в ответ.

– Вы ведь говорите по-русски?

Та не успела кивнуть, как дед сурово рявкнул, пахнув на Ольгу ароматом псарни и конюшни: