Алекс Бранд - Выбор [СИ]

Следующий день, 20.10.

Свет в кабинете Сэмюэла Грифитса приглушен, его глаза начали уставать за долгие напряжённые дни. Только теплый свет настольной лампы и два стенных бра, изящно отлитых в виде морских раковин. Он сидит за низким столиком возле окна и неторопливо пьет чай. Кивком головы пригласил присоединиться своих собеседниц.

— Дорогая, раздели со мной этот чайничек, а то я подумаю, что там яд, — глава семьи улыбнулся, взяв с тонкого блюдца небольшой бисквит, их делали по специальному заказу, полнеть Грифитс более не хотел. Сидящая напротив миссис Грифитс, его супруга, нехотя подвинула свою чашку и Сэмюэл наполнил ее ароматно парящим горячим чаем.

— Прошу тебя, не надо делать вид, что ничего страшного не произошло! Как ты можешь спокойно сидеть и просто пить чай, когда…

— Когда «что», мама?

Негромкий голос Майры прозвучал совсем не внушительно, но оба, отец и мать, удивлённо посмотрели на нее. Мать — досадливо, отец — ласково. Он любил ее, конечно, не так, как Беллу, но… Любил. И всегда прислушивался к ее словам, столь редко произносимым. Майра выпрямилась в кресле и посмотрела на холодно поджавшую губы миссис Грифитс.

— Почему ты так плохо принимаешь происходящее, мама?

Майра показала на лежащий на столике номер «Ликург ревью», крупный заголовок — «Так делается История». И большая фотография — двое у алтаря, жених с невестой, только что ставшие мужем и женой. И серия фотографий поменьше вокруг. Огромная статья. Эта газета сейчас лежит на столах всех особняков по Уикиги-авеню, ее держат в руках молодые люди на вечеринках от Ликурга до Утики. Шепоты, слухи, разговоры. Миссис Грифитс также показала на газету.

— Нет сейчас ни одного уголка, где бы не трепали наше до недавнего времени уважаемое имя, Майра. И очень странно, что ты не понимаешь этого очевидного факта.

Сэмюэл тяжело вздохнул, он не может ничего рассказать жене и дочери. И так уже Белла все знает, хорошо, Гилберт убедил ее молчать. Миссис Грифитс и Майра ничего не должны узнать, но что-то же надо им сказать, дать какое-то обьяснение, как-то успокоить. Что там происходит в Ликурге и в семьях выскочек Финчли и прочих крэнстонов, это не важно, по большому счету. Но раскалывать собственную семью — нельзя. Простите, Клайд и Роберта, но придется немного подправить историю, так, чтобы миссис Грифитс поняла и прониклась. Майра… Она просто добрая душа и уже все приняла, иного глава семьи не ожидал.

— Дорогая, ты считаешь, что происходящее — позор для нас?

Супруга кивнула и резко вернула чашку на блюдце, досадливо звякнул тонкий фарфор.

— Безусловно. Как ты мог позволить это дурацкое интервью? Теперь…

Глава семьи поднял руку и его жена замолчала.

— То, что произошло, предотвратило позор намного больший. Нет, теперь дай мне сказать.

И Сэмюэл веско, решительно продолжил, устремив на жену пристальный взгляд, унаследованный Гилбертом в полной мере.

— Если бы Клайд не одумался, произошло бы нечто намного худшее. Он бы в итоге женился на малышке Сондре, возмутив этим ее семью, они никогда бы этого не приняли. Но пусть! И через полгода к тому же Питерсу пришла бы Роберта Олден с младенцем на руках и душераздирающей историей о соблазнении невинной девицы. Угадай, какая тогда появилась бы статья! А если бы Питерс побоялся, нашлись бы другие, не сомневайся! И вот это — стало бы настоящим позором. И Финчли — не простили бы, никогда. Что было бы с Гилбертом, Беллой, Майрой, с их будущим?

Миссис Грифитс протестующе отмахнулась, поморщившись.

— Не повышай на меня голос, я и так все хорошо слышу. Да с чего бы она пошла куда-то? Деревенская простушка, сколько таких историй, и всем все равно. В конце концов, дали бы ей денег…

— Мама!

Майра поднялась с кресла и подошла к окну, повернулась к родителям.

— Не все измеряется деньгами! Клайд предал ее, предал ради Сондры, хотел бросить с ребенком, одинокую, без помощи, опозоренную. Не знаешь, как в наших краях относятся к таким женщинам? Собственные родители ее бы выгнали, в нищету, в одиночество. И то, что он внезапно одумался, смог сделать правильный выбор — это чудо. И надо быть благодарными богу, что он явил его. И знай, я — благодарна и рада, что так произошло!

Произнеся это на одном дыхании, Майра быстро вышла из комнаты, чуть более громко, чем обычно, закрыв за собой дверь. Супруги молча переглянулись. Сэмюэл покачал головой.

— Не ожидал от нее такой вспышки.

Не менее удивлённая миссис Грифитс снова взяла чашку, неторопливо пригубила.