Алекс Бранд - Выбор [СИ]

Она положила ладонь на мое плечо, останавливая. Покачала головой. Послышался ее тихий, но с нотками знакомого упрямства голос.

— Нет, Клайд. Я не хочу уезжать, здесь наш дом.

Она обвела рукой вокруг, Свит зашевелился и тихо перебрался выше, Роберте под руку, ее пальцы легли на его густую шерсть, перебирая и гладя. Она улыбнулась, показав на него.

— А он? Я его не брошу здесь, не предам. Мы все — здесь. Понимаешь, Клайд?

Кивнул, посмотрел ей в глаза. Там — спокойное осознание своего права. Права находиться здесь. Со мной. С нашим ребенком. Да. Здесь наш дом.

— Прости меня, любимая, я должен был с тобой посоветоваться, предупредить…

Она положила палец мне на губы, не давая продолжить.

— Шш, не проси прощения, не за что. Я бы согласилась, милый, на это интервью, раз так было надо. Ты мой муж и я всегда с тобой, даже если ты, может, в чем-то будешь не прав.

Берта пожала плечами, улыбнувшись. И повторила.

— Даже если ты в чем-то не прав — я с тобой. И даже не думай, что может быть иначе.

Я вздыхаю, наклоняюсь к ней близко-близко, глаза в глаза. Шепчу.

— Остаёмся?

И ответный шепот.

— Остаёмся.

Шепот переходит в долгий поцелуй, наши губы никак не оторвутся друг от друга, Роберта тихо простонала, обняв меня рукой, притянув к себе. С трудом заставляю себя оторваться от нее, качаю головой.

— Милая, не сегодня, прости.

— Почему, любимый?

В ее глазах удивление, я взъерошил ее длинные разметавшиеся волосы и прошептал.

— Отдохни, не стоит сегодня тебя и маленькую беспокоить, не надо рисковать.

Удивление исчезает, сменившись выражением лукавого разочарования. А я уже давно хочу спросить…

— Берт, почему «маленькая»?

Как больно, Боже… Страшно… В глазах туман и подкашиваются ноги. Опираюсь спиной на стену, надо сесть, сесть на пол, так кружится голова… Как больно… Маленький, держись, мама с тобой, мама тебя не отдаст. Слышишь? Вот моя ладонь, толкни, пожалуйста, дай почувствовать, что ты тут, что ты в порядке… Держись, слышишь? Не уступай. Ну где же ты? Отзовись! Боже… Только не… Не забирай его у меня, Господи! Слезы текут, застилая взор… Ничего не вижу… Ладонь все сильнее прижимается к животу, там, где боль… Нет, нет, нет… Не хочу…

«Мамочка, держись! Я тут, с тобой! Все будет хорошо! Не плачь и папа уже спешит к нам на помощь! Я знаю!»

Тоненький девичий голосок отчётливо прозвенел в голове, наполнил сердце радостью и надеждой. Она тут, с ней все в порядке! И Клайд скоро будет здесь. И моя отчаянно ищущая ладонь чувствует толчок, ещё один… Дочь… Моя дочь. Наша.

Клайд смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Берет мои руки и молча подносит к губам, не сводя с меня взгляда.

— Роберта, это просто чудо, правда.

Я улыбаюсь, подставляя пальцы под его губы, один за другим, а он их целует. Раз за разом, так люблю, когда он это делает…

— С нами происходят чудеса, любимый, все время.

Он вздыхает, и, зарывшись лицом в мои волосы, шепчет на ухо.

— Пусть происходят только хорошие чудеса, Берт.

Я молча киваю, да. Только хорошие. А если будет происходить что-то плохое… Мы переживем. Да, я не сказала Клайду, что на самом деле произошло в магазине, не рассказала и сейчас, когда говорила о голосе дочери. Улыбаюсь, наша доченька… Она помогла мне там. А наш грозный папа, пусть он ничего не знает о той нехорошей смуглой девушке, не надо. Пусть идёт своей дорогой, а если мы ещё где-нибудь встретимся… Я буду готова и больше не поддамся слабости, я потомок Олденов. Тех, кто почти триста лет назад пришел на эту землю, тех, кто выжил в Проклятую Зиму. Я — их плоть и кровь. Когда мы приедем в Бильц, расскажу ему о своих предках, о том, как они сражались и побеждали. Я… Я расскажу ему все, довольно молчать о том, что уже давно поняла. Ведь я знаю, кто позвал его ко мне. Знаю… Пусть узнает и Клайд, так будет правильно. И он не пожалеет, что согласился остаться в Ликурге. Мы принадлежим друг другу, мы — вместе. Мы поклялись.

Шелест шин — какой-то автомобиль остановился возле нашего дома. Аккуратно закрылась дверца, чуть скрипнула калитка и послышались осторожные, приближающиеся шаги. Мы с Клайдом переглянулись, да что же такое сегодня происходит? Раздалось низкое шипение, почти рычание, Свит одним прыжком оказался перед дверью, ощетинившись, он оглянулся на нас, на меня, как бы проверяя, что я на месте, глаза его полыхнули зелёным мерцающим светом. Пасть оскалилась, обнажив ряд острейших зубов. И он снова повернулся к двери, застыв в ожидании.