Андрей Ангелов - Живая Книга

Двое гостей опустили телеса на циновки.

– БАНТА! – крикнул шеф тепетаев, повернув голову к хижине.

Из жилища появилась женщина с подносом в руках. На бедрах кокетливый кружевной передник, из европейской ткани. Горничная расставила миски с завтраком, и ретировалась. Ни вилок, ни ножей не подали.

Девушка в меховом белье исподтишка поглядывала на белого гостя. Черный пальчик во рту, а во взгляде – любопытство.

– Что за девка? – спросил турист у гида. – И почему она так одета? Местная мода?

– Это дочь вождя – Мапута, ей шестнадцать лет. По поверью, никто не должен видеть её голой, кроме мужа и родителей. Иначе Дух племени накажет её бесплодием.

Андрюха проводил глазами свободно висящие сиськи Банты и гмыкнул.

– АПЛА ПУТВА ТЕПА! – вскричал вождь, задирая голову вверх. Дочь же, наоборот, смиренно опустила глазки.

– Тепал славит Духа племени, – пояснил проводник.

Вождь и его дочь приступили к трапезе, голыми руками, громко чавкая и облизывая пальцы.

Турист холеными ручками осторожно вытащил из миски немного белого мяса. Понюхал, бросил пару кусочков в рот. Пожевал.

– Вкусно, – доктор отправил в желудок мясную горсть. – Да, суперски, точно!

Завтрак продолжался минут пять.

– А кофемашина у них тут есть? – спросил турист, выскребая ногтями миску.

– Нет, – усмехнулся Уинстон. – Но могут предложить стаканчик отличного местного самогона. Будешь?

– Не пью, – отказался Бутербродов. Отодвинул пустую миску, погладил надутый живот. – Передай вождю моё восхищение его завтраком.

– МАДВПА ИЛА ТЕ! – возгласил гид. Он коснулся пальцами правой руки лба, плавно опустил её на землю перед собой.

Вернулась Банта и собрала грязную посуду. Вождь одобрительно наблюдал, изредка лукаво посматривая на туриста.

– Что за мясо? Змея, да? – спросил доктор. – Надо выведать рецепт. Буду сам готовить дома…

– Вряд ли получится, – остудил пыл Уинстон.

– Почему?

– Во-первых. Блюдо готовится только на костре, и в отдельной посуде. В условиях города технологию соблюсти трудно.

– А во-вторых?

– Вагину бегемотихи нелегко купить, даже богачу.

– Ч-что?.. Вагину бегемотихи!?

– Да. Местный деликатес. Им питается только семья вождя, – произнёс афроангличанин, как ни в чём не бывало. – Честно скажу, Эндрюс, что тебе повезло. Поверь, не каждый раз вождь угощает вагиной…

Туристическая неделя пролетела незаметно! Каждый день был строго регламентирован гидом и переводчиком.

Вторник – стрельба из лука (успешно). Среда – добыча огня с помощью двух палочек (кровавые мозоли). Четверг – тряска кокосовой пальмы (помощь аборигена). Пятница – охота на змей (наблюдение). Суббота – освежевание дикого кабана (турист сбежал из-за запаха). Воскресенье – церковная служба в честь Духа племени (турист отрубил голову фазану).

Понедельник – купание и съемка окрестностей. Андрюха с разбега окунулся в местный полноводный ручей. Вволю наплавался и вылез из воды. Натянул американские шортики и услышал шорох за спиной. Оборот назад породил в глазах доктора ужас. Семеня на коротких лапах, к нему деловито приближался крокодил, полутора метров длиной.

– Мля! – побледнел турист. Страх делает из засранцев героев, а из людей – обезьян или крыс. Иногда эпитеты меняются местами, что собственно ситуации не меняет ни черта. Бутербродов отбросил видеокамеру, и быстренько вскарабкался на пальму, разодрав шорты. (В повязке было ходить экзотично, но совсем неудобно).

– Эндрюс, где ты? – на тропинке показался переводчик.

– Уинстон, убегай быстрее! Я здесь! – зашипел сверху турист.

Африканец поднял глаза и увидел на дереве подопечного. Несказанно удивился:

– Ты зачем залез на пальму, белый брат?

– Спасайся, мать твою! – завопил Бутербродов, тыкая рукой вниз. – Крокодил!

Если тебе жмут ботинки, это не значит, что надо менять ноги. Негр лишь улыбнулся при виде рептилии.

– Крокодилёнок. Лет десяти. Он не опасен.

– Ты уверен?! Десять лет – это мало, да?

– Certainly. Крокодилы живут до двухсот лет. На тебя напал младенец.

– Зубы у него не младенческие… – спускаться с пальмы доктор не спешил. Африканец поднял камешек и кинул в крокодила. С поджатым хвостиком рептилия забежала в речку.

– Предупреждать надо, – с сожалением проворчал Андрюха.

Наступил очередной вторник – день отъезда.

– Схожу к речке, попробую заснять крокодилёнка, – произнес Бутербродов, помахивая видеокамерой.