Реваз Мишвеладзе - Избранное

Вашакидзе осмотрел оба кольца, но ничего на них не обнаружил.

— Попробуем еще раз, давайте-ка вместе — раз, два, сильнее, три!

И случилось то, что так ждали и зал, и Вашакидзе, но как это случилось, никто не заметил. Иллюзионист прокрутил в воздухе два сцепленных кольца, «ассистент» еще раз попытался сцепить свои, но безуспешно.

Карло Чио тем временем, повесив кольца на руку, взял у Вашакидзе его непокорные кольца и объявил:

— А теперь проверим ваши, может быть, у моих все же было что-то не в порядке. Внимательно рассмотрим их. Да нет, как будто достаточно прочные. Прекрасно. Раз, два, три! — и в мгновение ока кольцо было вдето в кольцо.

Зал ответил овацией.

— Прошу вас откровенно ответить зрителю, был ли здесь обман? Хотите, попробуем еще раз?! — патетически вопрошал Карло Чио.

— Достаточно, все было в порядке, — запинаясь, отвечал Вашакидзе, вытирая платком шею. — Я могу сесть?

— Садитесь, пожалуйста. Большое вам спасибо, — иллюзионист протянул ему свою визитную карточку, — приглашаю вас на свой будущий концерт.

После этого Карло Чио удалось зазвать на сцену еще троих зрителей. Первому он предложил вынуть из новой колоды карту, запомнить ее, положить обратно и перетасовать.

— А теперь положите колоду на стол и скажите, какой по счету вы желаете видеть задуманную карту, я, как вы понимаете, не имею представления, что это за карта, во-первых, не видел, а если бы и видел, вы так здорово перетасовали колоду, что мне ее не найти!

— Девятой, — ответил «ассистент».

— Одиннадцатой! — крикнули из зала.

— Девятой или одиннадцатой? — спросил Чио.

— Ни девятой, ни одиннадцатой — пятнадцатой, — объявил после раздумья «ассистент».

— Пятнадцатой сверху или снизу?

— Сверху! — ответили из зала.

— Скажите зрителям, какую карту вы запомнили, — предложил Чио.

— Короля бубнового, — ответил «ассистент».

И действительно, пятнадцатой картой сверху оказался бубновый король.

Третьему помощнику Чио дал в руки волшебную палочку и сказал:

— Дотроньтесь палочкой до моего затылка, и во рту у меня появится алюминиевое яйцо.

И в самом деле, только палочка коснулась волос иллюзиониста, как у него надулись щеки и в полуоткрытом рту появился алюминиевый шарик. Он провел рукой по губам и продемонстрировал залу покачивающееся на ладони яичко.

Грянули аплодисменты.

— А может быть, оно было у меня во рту, — произнес Чио, подбрасывая яйцо, — попытаемся еще раз!

Еще одно прикосновение палочки, и между ярко накрашенными губами Карло Чио показалось еще одно яйцо.

— Еще раз!

— И еще!

— И еще раз!

На столике уже лежало семь яиц.

— Довольно, хватит, жалко его! — крикнул кто-то из зала, и «ассистент» опустил занесенную было палочку.

Этот номер даже слепых убедил в том, что Карло Чио действительно чудотворец.

Четвертой поднялась на сцену статная светловолосая женщина. Чио снял у нее с руки часы и велел завернуть их в платок. Потом он дунул на платок и предложил женщине раскрыть его, со словами:

— Возьмите свои часы, номер, кажется, не удался.

Блондинка раскрыла платок и замерла, пораженная: ее золотые часики превратились в маленькую щепочку.

— А где часы? — иллюзионист был как будто удивлен не меньше ее. — Вы же сами их положили сюда, сами завернули, никто, кроме вас, к ним не прикасался!

— Да… никто… не знаю… куда они могли деться… — женщина была готова расплакаться.

Искали часы, искали и обнаружили их в запасной чалме Чио, лежащей возле магнитофона.

Под конец иллюзионист пожонглировал тремя красными палочками, поблагодарил растроганного зрителя за сердечный прием, снял чалму, провел рукой по парику, едва не сняв его, щелкнул каблуками мокасин и, пожелав всем счастья, послал в зал воздушный поцелуй и покинул сцену.

Бурными овациями зрители несколько раз вызывали Карло Чио. Под конец, когда он жестами и мимикой дал им понять, что сердце его принадлежит им, а из-за жары силы его на исходе, аплодисменты стали стихать, и занавес тяжело опустился.

Жители Ахаваи разошлись по домам, чтобы вернуться к своим местечковым делам. А Карло Чио, пока его ассистент с глазами белого медведя складывал инвентарь в зеленый фанерный сундук, сидел перед зеркалом в маленькой гримерной и снимал вазелином с лица грим, дабы придать ему тот вид, который соответствовал Чио как полноправному гражданину Советского Союза.

В это время кто-то робко постучал в дверь.

— Войдите, открыто! — крикнул Чио.