Анна Гава - Росси

— Можешь строить из себя святошу сколько угодно, но ты еще получишь свое, чертов полукровка. Тебя родила шл*ха и жизни ты достоин, как у шлю*хи подзаборной. Можешь сказать спасибо отцу, что носишь фамилию Росси. Ведь без нее ты был бы никем.

Алекс выплевывает каждое слово с такой ненавистью, но Марко продолжает оставаться абсолютно спокойным.

— Следи за своим языком, — отвечает брат. — Или когда-нибудь ты его лишишься.

Алекс разворачивается и уходит. Я оглядываю комнату, мама куда-то ушла, и я искренне надеюсь, что она не слышала все то, что говорил этот мерзавец. Представляю, каких усилий стоило Марко держать себя в руках. И сделал он это только ради папы. Смотрю на отца с укоризной:

— Ты должен был хотя бы заступиться за маму, — зло говорю я.

В ответ я получаю только молчание.

— Мне нужно в город по делам, — говорит Марко.

— Я с тобой, — отвечаю и иду следом за братом.

Роберто следует за нами.

Как только Марко оказывается на улице, то срывается на бег. Брат подбегает к машине Алекса и вытаскивает его наружу:

— Только посмей еще раз открыть свой рот, — говорит он и бьет Алекса по лицу.

Тот падает на дорожку. По его лицу струится кровь, и он утирает ее рукавом. Потом забирается обратно в машину и нажимает на газ:

— Он это заслужил, — говорю, обнимая брата.

— Сильно расстроена из-за статьи? — спрашивает Марко.

— Нет, все в порядке, — улыбаюсь я.

Какая разница, какой меня считает весь мир, если мои самые близкие люди видят, что я изменилась?

— Хорошо, — отвечает брат и закуривает сигарету.

— Ну и денек сегодня, — усмехается Роберто.

— Ну что, дебоширка Росси, поехали со мной проветриться, — усмехается Чили.

— Куда поедем? — спрашиваю, садясь на пассажирское сиденье.

Роберто забирается назад и захлопывает дверь.

— По магазинам, — отвечает брат. — Нас пригласили на открытие выставки Джулио. Нужно появиться всей семьей, чтобы показать, что у нас все хорошо. Никаких разногласий нет.

— Логично, — кивает Роберто и улыбается.

Джулио — наш старинный друг, который стал одним из самых талантливых фотографов мира. Да, нам точно повезло с друзьями. Уверена, что любая девушка хотела бы получить пару своих фото сделанных таким профи, как Джулио.

— Марко, тебе нужно подумать о Карле. Нельзя, чтобы информация о ее беременности просочилась в прессу. Мы должны установить отцовство, прежде чем поползут грязные слухи, — говорю, смотря на брата.

Его лицо спокойно, а взгляд умиротворенный:

— Да, Ли, ты права. Я позабочусь об этом, — отвечает он.

Не оставлю эту дамочку в покое, пока не буду убеждена, что она беременна от Марко. Очень подозрительной мне кажется эта история. Вы можете подумать, что я просто ее не люблю, и будете правы. Я ее ненавижу, но дело даже не в этом… Интуиция подсказывает мне, что здесь что-то не чисто.

После нескольких часов похода по магазинам, возвращаемся домой с обновками. Марко сразу удаляется в свою комнату, где его дожидается Карла, Роберто забирает свою машину и уезжает собираться к себе домой, ну а я иду прямиком к маме. Нужно поговорить с ней и узнать, как она себя чувствует после выходки Алекса. Нахожу ее на кухне, она готовит что-то вкусненькое и подпевает радио:

— Мам, привет, — говорю и целую ее в щеку.

— Привет, Лия. Как сходили по магазинам? — она улыбается и выглядит беззаботной.

— Отлично. Пойдешь с нами на выставку?

— Конечно, — усмехается она. — Не каждый день мне удается потусоваться вместе с моими детьми. Тем более Джулио настоящий талант, уверена, что мы будем поражены его работами.

— Да, ты как всегда права, — задумчиво отвечаю я, откусывая яблоко.

— Кстати, Денни пойдет? — осторожно спрашивает мама.

— Нет, он улетел в Штаты и вернется только через месяц, — стараюсь говорить беззаботно, но грустные нотки все равно проскальзывают в моем голосе.

— Не расстраивайся, милая. Вы созданы друг для друга, — улыбается, глядя на меня.

Улыбаюсь в ответ и перевожу тему.

— Что скажешь по поводу статьи?

— Скажу одно, не обращай внимания. Ни на прессу, ни на Алекса. Он недолюбленный ребенок, поэтому так себя ведет. Зря Марко его ударил, его слова меня совсем не задели.

— Иногда мне кажется, что ты слишком великодушна, — улыбаюсь я.

Что ж, это вполне в духе мамы. Она умеет прощать и находить в людях самое лучшее, недоступное для глаза других людей. Хотя мне увидеть в Алексе что-то хорошее, точно никогда не удастся.