Любовь Тильман - Книга Прощания

Не понять, что теперь между нами,

Страсть былая иль боли обоз.

Хоть дорогу одну выбирают,

Даже один ориентир,

Всё ж по-разному жизнь проживают

Пилот и его пассажир.

Для чего не в мире мы живём?!

Гибнут дети, не успев влюбиться,

Падают, подкошенным жнивьём,

Из-за чьих-то планов и амбиций.

Что за страсть – себя лишь признавать

Истинной, во всех её патентах,

И претензий груды предъявлять

В собственно зачатых инцидентах,

Говоря о мире, зло растить,

Жизни за бесценок продавая…

Миллионы лет на свете жить,

Всё воюя, не переставая…

Не любишь меня, да и ладно,

Я это смогу пережить.

Но как же плелась шоколадно

Твоих комплиментов финифть,

Как вились вокруг и курились

Красивости чувственных фраз,

Таинственно-чудных, как ирис,

Сверкающих, словно алмаз,

Холодный, искусно гранённый,

Бриллиантом в оправах златых,

Слов нежных поток, окрылённый

Моим восприятием их.

Рассеялись, словно туманы,

По утру осенней порой,

В воздушные вплыв океаны

И выпав холодной росой.

Не любишь меня, да и ладно,

Я вновь улыбаюсь тебе,

За то, что так близко и складно

К моей прикоснулся судьбе.

Мы разве пишем для других?!

Не оттого ль родится стих,

И изливается вовне,

Словно узор на полотне,

Что мысли, хоть как их сотри,

Переполняют изнутри,

Не отпуская ни на миг,

И давят будто груз вериг,

Пока не скинешь этот глас

В кору, бумагу иль девайс?!

И пут отброшены пласты.

И ты один, средь пустоты.

Ничто. Сереет пелена.

Растерянность. И тишина.

Стихи – и наказанье и награда,

Как ярость тяжелы, как смех легки,

Стекают, словно грозди винограда,

В ритмичную направленность строки.

Слегка пьянят родившиеся строчки

И поначалу, молодым вином,

Сорвать готовы, словно обруч с бочки,

Налёт неоспоримых аксиом.

Но постепенно, осаждая мути,

Прозрачневеют, как вода ключей,

И оголяют краски, формы, сути,

Не скрытые под выспренность речей.

Сквозят в них искры истинного знанья.

Сквозь будничность обыкновенных слов,

Таинственно мерцает мирозданье

Отсветами непризнанных основ.

Слово на кончике мыши болтается…

Старому – новое слово не нравится.

Был бы синоним… но где его взять?!

Вырежу слово и вставлю опять,

Фразу сотру и опять возвращаю…

Не уловить то, что я ощущаю,

Разум напрасно память долбит,

В ней всё слежалось, как доломит.

Спать уж пора. Закрываю страницу.

В путанных снов ухожу вереницу…

И просыпаюсь вдруг… строчка в мозгу

Бьётся и бьётся, заснуть не могу.

Ночь, лень вставать, но валяться без толку,

Строфы ложатся, как под диктовку…

Вроде бы мой стих, а вроде и нет,

Чьей-то Души, отпылавшей, отсвет.

Смешно! Осознавал всё разум.

Но страсть его сметала разом,

Бурлящий дикий водопад,

Летящий в пропасть без преград.

В груди, словно от солнца, грело.

Я, надсмехаясь над собой,

Неслась на скалы, как прибой,

И в море чувства, без предела.

Экран – Малевича квадрат.

Я стол рабочий открываю

И снова в облаках витаю,

Как уже много лет назад.

Не ревнуй меня, постой,

Он лишь тени лабиринт,

Отраженье, что порой,

Жаждой путников манит.

Не ревнуй меня, постой,

Он лишь бег пучинных вод,

Наплывающий прибой,

Что мгновеньем истечёт.

Не ревнуй меня, постой,

Он как Ангел, Светлый Дух,

С светозарною Душой,

Что летит на помощь вдруг.

И моя Душа к нему

Светом тянется, поёт,

Забывая тлен и тьму,

Отправляется в полёт.

Так блаженно глубиной,

Средь небесной синевы,

С ним лететь одной волной

Сквозь сплывающие сны.

Солнца жар слепит простор,

В сердце счастья благодать,

Облака, как цепи гор…

Ладно, можешь ревновать…

Я взяла б тебя с собой,

Да тебе не по Душе.

Полетаю и домой,

Где рай с милым в шалаше.

С тобою мне спокойно и тепло,

Ты словно светлый ангел во плоти,

Жаль, не всегда мы можем воплотить

В слова всех чувств, прозрачных, как стекло.

Они текут потоком хрусталя,

Сверкая в солнце, звёзды отражая,

То тихо замирая, то бурля,

Но ни на миг один не исчезая.

Ты ангелом-спасителем мне был,

То плакать заставляя, то смеяться,

И новую вселенную открыл,

Где я могла дышать и не бояться…

Благословен тот год, тот день, тот час,