Валентина Иванова-Спирина - Легенды Варваров

— Господин, а они всё воюют… сто с лишним лет… И не надоело им… — странный маленький человек, очень похожий на мелкую собачку, сидел на подушке около трона, задумчиво подперев маленькой рукой маленькое морщинистое лицо…

— Пусть воюют… Война — это жизнь… Они будут воевать, пока буду жить я… А я вечен!!!

— Странная у вас психология, господин… Война это разруха и смерть — разве не так? — Мушрок, так звали нашего маленького человечка, поглядел на своего господина и торопливо отвел глаза…

— Война не без смерти… Но война дает работу оружейникам, кузнецам и многим другим… На войне они научились ценить жизнь. И на войне они научились ценить Любовь… Всё то, чем так беззаботно разбрасываются они в мирной жизни… Всё то, чего они не ценят и не берегут когда вокруг мир и покой… Мирная жизнь для них — это болото, в котором они тухнут и деградируют… и я, Варвариос, дал им возможность научиться ценить то, что действительно важно… Варвариос встал с трона и тяжелой поступью подошел к окну.

— Монументальный мужик… глядя на него, задумчиво прошептал Мушрок, и столько восхищения было в его шепоте… Они были вместе столько, сколько он помнил себя.

— Мушрок… А помнишь… Маленькая страна в забытом богами краю… Горсть людишек, которые только и делали, что ели, спали и работали в огороде… Не было ненависти, но и любовь их была такая же — тихая, сонная, ленивая… Любовь лишь ради продолжения их жалкого рода… Фу… Тошнит, когда это вспоминаю… — Варвариос вздрогнул и тихо продолжал…

— Я наслал на их страну драконов, но они пытались приручить их к земледелию! — Варвариос вдруг захохотал…

— Идиоты! Дракона нельзя приручить! Я наслал на их троллей… Каменные монстры вообще не знали что такое жалость, но люди целыми толпами стали собираться, чтобы дать отпор им… Но и тогда они продолжали свою никчемную мирную жизнь. И тогда я отправил к ним свою дочь, свою Немезиду… Она мастер интриг и всяких пакостей. У неё всё получилось, их протухший, гнилой мир рухнул! Мир треснул пополам. И началась война. Кровопролитная. Жестокая. Но, смотри, каких героев она дала, какие чувства, какие эмоции! Сколько баллад и поэм они написали в перерывах между боями! Вот это настоящая жизнь. Жизнь достойная воинов! Голос Варвариоса звучал то тихо, то почти срывался на крик. Словно он произносил речь перед трибунами… Мушрок то дремал, то подскакивал у подножия трона…

— Господин, а ты сам — то помнишь, кто ты и откуда ты? И кто я? — Мушрок хитро улыбнулся… По правде говоря, сам он всегда помнил Варвариоса таким, какой он и сейчас — могучий, огромный, с невероятно огромными рогами и он всегда подозревал, что в сапогах прячутся копыта, а в штанах хвост, но никогда этого не видел. Каменный торс Варвариоса всегда был обнажен, и только в самые суровые холода он одевал накидку из меха неизвестного зверя. А себя Мушрок так и помнил — маленький, волосатый… И всегда при своем господине…

— Хотел бы забыть, Мушрок… очень хотел бы забыть… Но я помню всё… Варвариос так и стоял у окна, скрестив руки на груди, стоял и смотрел вниз… Там внизу шла война… жизнь такая, какую он создал сам… Его замок стоял на вершине самой высокой горы, с которой как на ладони было видно всё… и столицы двух враждующих народов… и пещеры драконов и замки… Мир, который он создал сам… Люди… там внизу… они ненавидели его… но и не представляли жизнь без него, без Варвариоса… Иногда кто — нибудь из лидеров обращался к нему за помощью, советом, просьбой… И Варвариос не отказывал… помогал… Но каждый раз после ухода людей ему хотелось вымыться… Смыть с себя их запах, проблемы… Чтобы ничего, ничего не напоминало о той, другой жизни…