Кен Фоллетт - Граница вечности

— Почему вы развелись? — спросила она.

— Я позволил себе завести роман, и жена оставила меня. Можете осуждать меня.

— Не буду, — сказала она. — Я ошибалась.

— Я пожалел, когда было слишком поздно.

— Дети?

— Двое, взрослые. Они простили меня. Марта вышла замуж, а я все еще холост. Как у вас сложилась личная жизнь?

— Я развелась с первым мужем, когда узнала, что он работает на Штази. Мой второй муж получил травму, преодолевая Берлинскую стену. Он пользовался инвалидной коляской, но мы были счастливы вместе двадцать лет. Он умер в прошлом году.

— Клянусь, вы заслуживаете счастья.

— Может быть. Вы не проводите меня до входа в гостиницу?

Они перешли через дорогу. На углу квартала, где уличные фонари не светили так ярко, она снова поцеловала его. На этот раз это доставило ей еще больше наслаждения, и она прижалась к нему.

— Проведите со мной ночь, — сказал он.

Она была вовсе не прочь.

— Нет, — произнесла она. — Это слишком быстро. Я практически не знаю вас.

— Но завтра вы уезжаете.

— Я знаю.

— Мы можем никогда не встретиться.

— Я уверена, что встретимся.

— Вы могли бы поехать ко мне. Или я поднимусь к вам в номер.

— Нет, но я рада познакомиться с вами. Доброй ночи.

— Ну что же, доброй ночи.

Она повернулась к входу.

— Я часто бываю в Бонне и буду там через десять дней.

Она оглянулась и улыбнулась.

— Вы поужинаете со мной? — спросил он.

— Мне бы очень хотелось. Позвоните мне.

— Обязательно.

Она вошла в вестибюль гостиницы, продолжая улыбаться.

* * *

Лили была дома, когда как-то днем к ним в грозу пришла Алиса за книжками. Ее не приняли в университет несмотря на отличные оценки на экзаменах, из-за того что ее мать тайно выступала с песнями протеста. Однако Алиса решила заняться самообразованием и изучала английский язык по вечерам после окончания смены на заводе. После бабушки Мод у Карлы остались книги на английском языке. Лили оказалась дома, когда пришла Алиса, и они пошли в гостиную наверх вместе поискать книги, в то время как дождь барабанил по окну. Как поняла Лили, это были старые довоенные издания. Алиса выбрала сборник рассказов о Шерлоке Холмсе. Лили посчитала, что она будет представительницей четвертого поколения читателей.

— Мы подали заявление с просьбой разрешить нам поехать в Западную Германию, — между делом сказала Алиса.

— Кто «мы»? — спросила Лили.

— Гельмут и я.

Гельмут Каппель, ее парень, был старше нее — недавно ему исполнилось двадцать два года — и учился в университете.

— Какую причину вы указали?

— Мы написали, что хотим увидеться с моим отцом в Гамбурге. Дедушка и бабушка Гельмута живут во Франкфурте. А «Плам Нелли» совершают гастрольное турне по разным странам, и нам хочется увидеть моего отца на сцене. Может быть, нам удастся подгадать так, чтобы наша поездка совпала с его выступлением в Германии, если оно состоится.

— Я уверена, состоится.

— Как ты думаешь, нам разрешат поехать?

— Вдруг вам повезет.

Лили не хотела гасить оптимизм молодости, но что им повезет, она сомневалась. Ей самой всегда отказывали. Немногим давали Разрешение на выезд. Власти подозревали, что люди такого возраста, как Алиса и Гельмут, не собирались возвращаться.

У Лили тоже были такие подозрения. Алиса часто с грустью говорила о жизни в Западной Германии. Как большинство молодых людей, она хотела читать нецензурированные книги и газеты, смотреть новые фильмы и спектакли и слушать музыку, независимо от того, одобрил ли ее семидесятидвухлетний Эрих Хонеккер. Если ей удастся выехать из Восточной Германии, зачем тогда возвращаться?

— Ты знаешь, — сказала Алиса, — большинство того, из-за чего эта семья попала в немилость у власти, произошло до моего рождения. За что им наказывать меня?

Но ее мать Каролин продолжала петь те песни, подумала Лили.

В дверь позвонили, и минутой позже они услышали взволнованные голоса в холле. Они спустились вниз и увидели Каролин в мокром плаще. Непонятно почему она принесла с собой чемодан. Дверь ей открыла Карла, которая стояла рядом с ней в фартуке поверх рабочей одежды.

У Каролин было красное и заплаканное лицо.

— Мама! — воскликнула Алиса.

— Что случилось? — спросила Лили.

Каролин сказала:

— Алиса, твой отчим оставил меня.

Лили ахнула. Одо Фосслер? Невозможно было поверить, чтобы тихоня Одо бросил жену.

Алиса обняла свою мать, ничего не говоря.

— Когда это случилось? — спросила Карла.