Кен Фоллетт - Граница вечности

Они подошли к «ягуару» и поцеловались.

Джордж понимал, что ему нужно завести машину и уехать. Он узнал, что хотел знать. Что еще нужно?

Губы Верины были разомкнуты. Она бедрами льнула к Джасперу. Глаза их обоих были закрыты. Джордж все это видел.

Он вышел из машины.

Джаспер взял Верину за грудь.

Джордж захлопнул дверцу и пошел к ним по асфальтированной площадке.

Джаспер был слишком увлечен тем, что он делал, но Верина услышала, как хлопнула дверца, и открыла глаза. Увидев Джорджа, она оттолкнула Джаспера и вскрикнула.

Было уже поздно.

Джордж отвел назад правую руку и, развернувшись, всей силой плеч и спины ударил Джаспера. Удар пришелся в левую часть лица. Джордж с удовлетворением почувствовал, как кулак со шлепком смял мягкую плоть и в то же мгновенье наткнулся на твердую кость и зубы. Потом боль пронзила его руку.

Джаспер пошатнулся и упал на землю.

— Джордж! Что ты сделал? — закричала Верина и опустилась на колени рядом с Джаспером, не боясь порвать чулки.

Тот приподнялся, опираясь на один локоть, и ощупал свое лицо.

— Грубая скотина, — еле выговорил он.

Джорджу хотелось, чтобы Джаспер поднялся с земли и дал сдачи. Ему хотелось больше насилия, боли и крови. Он задержал взгляд на Джаспере, глядя сквозь красную пелену перед глазами.

Потом она рассеялась, и он понял, что Джаспер не собирается вставать и драться.

Джордж повернулся, пошел обратно к своей машине и уехал.

Когда он вернулся домой, Джек играл с машинками в своей спальне. Джордж закрыл за собой дверь, чтобы Тиффани не могла слышать. Он сел на кровать, накрытую покрывалом, похожим на гоночную машину.

— Мне нужно сказать тебе кое-что, о чем очень трудно говорить, — произнес он.

— Что у тебя с рукой? — спросил Джек. — Она вся красная и распухла.

— Я ударился ею. Ты должен выслушать меня.

— Хорошо.

Для четырехлетнего ребенка это будет тяжело понять.

— Ты знаешь, я всегда буду тебя любить, — начал Джордж. — Как бабушка Джеки любит меня, хотя я уже не маленький мальчик,

— Бабушка приедет сегодня?

— Может быть, завтра.

— Она привозит булочки.

— Послушай. Иногда мамы и папы перестают любить друг друга. Ты знаешь это?

— Да. Папа Пита Роббинса больше не любит его маму. — В голосе Джека послышалась грусть. — Они развелись.

— Я рад, что ты понимаешь это, потому что твоя мама и я больше не любим друг друга.

Джордж всматривался в лицо Джека, пытаясь разглядеть, понимает ли он или нет. На нем отразилось замешательство, словно происходило что-то совершенно невозможное. Сердце Джорджа сжалось. Он подумал: «Как я могу делать что-то столь жестокое человечку, которого я люблю больше всего на свете?»

Как такое может быть?

— Ты знаешь, что я спал в гостевой комнате.

— Да.

Сейчас будет самое трудное.

— Сегодня я буду спать у бабушки.

— Почему?

— Потому что мама и я не любим друг друга.

— Тогда ладно. Увидимся завтра.

— Теперь я буду спать у бабушки очень часто.

Джек начал понимать, что это будет касаться и его.

— Ты будешь читать мне книжки перед сном?

— Каждый вечер, если захочешь. — Джордж готов был поклясться, что сдержит это обещание.

Джек все еще размышлял над последствиями.

— Ты будешь разогревать мне молоко на завтрак?

— Иногда. Или мама будет разогревать, или няня Тиффани.

Джек почувствовал уклончивый ответ на свой вопрос.

— Не знаю, — сказал он. — Я думаю, тебе лучше не спать у бабушки.

Джорджу отказало мужество.

— Ну, посмотрим, — сказал он. — А как насчет мороженого?

— Да!

Это был самый тяжелый день в жизни Джорджа.

* * *

По дороге домой от Капитолия до округа Принс Джорджес мысли Джорджа были заняты заложниками. В этом году в Ливане похитили четырех американцев и одного француза. Одного из американцев отпустили, а остальные томились в какой-то тюрьме, если они вообще остались в живых. Джордж знал, что один из американцев был шеф отделения ЦРУ в Бейруте.

Похитители почти наверняка были членами экстремистской мусульманской группировки «Хезболла», основанной в ответ на нападение Израиля на Ливан в 1982 году. Финансово ее поддерживал Иран, а военной подготовкой руководила Иранская революционная гвардия. США считали, что «Хезболле» покровительствует иранское правительство, и расценивали Иран как пособника терроризма, которому нельзя поставлять вооружение. Джордж видел в этом проявление цинизма, поскольку президент Рейган спонсировал терроризм в Никарагуа, финансируя «контрас», экстремистскую антиправительственную группировку, которая осуществляла убийства и похищения людей.