Вендела Вида - Одежда ныряльщика лежит пуста

Пока вы слушаете экскурсовода, когда-то изучавшего историю и явно намеренного разделить с вами все свои познания, подъезжают три микроавтобуса. Из них выходят примерно четырнадцать мужчин и несколько женщин. Многие в жилетах, у некоторых в руках диктофоны и фотоаппараты. Средний возраст группы лет на двадцать младше вашей. Если твоя догадка верна, это журналистский пул – журналисты окружают человека, который, судя по всему, является высоким должностным лицом. Они фотографируют его, записывая за ним то, что он говорит.

К журналистам приближаются чистильщики обуви, которых снова быстро прогоняют.

– Что там происходит? – спрашивает у экскурсовода один из скукожившихся мужей из вашей группы. Экскурсовод бросает взгляд на журналистов.

– По-моему, это посол Нигерии. Я читал в газете, что он приедет в город вместе с сопровождающими. Мы пропустим их вперед. У нас нет выбора. Они всегда везде проходят первыми. Я слышал, что у них даже нет паспортов, потому что они летают на частных самолетах. – Экскурсовод выглядит так, словно сплюнул бы, если бы это не показалось недостойным.

Тебе завидно тому, как быстро движется журналистский пул. Им не нужно стоять перед дворцом, слушая лекцию про необходимость следовать за зонтом. Журналисты перемещаются плотной группой, энергично и бодро. Они быстро заходят во дворец и скрываются из виду.

Тем временем ты все еще стоишь на пыльной стоянке с группой пожилых американцев, слушая лекцию про марокканского «короля-солнце». Экскурсовод рассказывает, что у короля было шестьсот жен со всех концов света. Половина группы разражается возгласами. «Ты губу-то не раскатывай, дорогуша», – говорит одна из женщин своему скукоженному супругу. Все смеются.

– У него также было бесчисленное количество детей, – продолжает экскурсовод. Сколько детей у него могло быть от шестисот жен? Ты подсчитываешь в уме. Вряд ли ты когда-нибудь раньше слышала слово «бесчисленный» в таком уместном смысле. Тебе любопытно, как часто король навещал каждую из жен. Один раз в год? Была ли у него фаворитка? У него должна была быть фаворитка, к которой он все время возвращался. Ты представляешь, какие чувства питали к ней остальные жены.

Ты быстро понимаешь, что у вас – очень дешевая экскурсия. Экскурсовод не заводит вас в дворцовые комнаты, а сразу ведет в конюшни, которые представляют собой ряд тускло-коричневых стен с арками.

– Арабские историки заявляют, что королевские конюшни вмещали до тысячи двухсот лошадей, – сообщает экскурсовод. Стены осыпаются, постройка примитивна и, если не брать в расчет ее размеры, ничем не примечательна. Вся ваша группа делает фотографии, сотни фотографий.

Ты уже устала от группы с ее черепашьей скоростью. Когда вы покидаете конюшни и заходите на базар, все становится еще хуже.

Узкие, извилистые улочки Мекнеса не могут вместить экскурсионную группу такого размера. Ты идешь следом сквозь многочисленные арки. С них, словно ветки омелы, гроздьями свисают туфли. Поднимаешь голову и, боясь получить туфлей в лицо, тут же снова ее опускаешь. Проходишь мимо маленького узкого магазинчика, где торговец, одетый в белое, с невероятной скоростью ткет скатерть цвета слоновой кости. Его руки мелькают так быстро, что ты почти не различаешь пальцев. В нескольких футах от него стоит его малолетний сын, вытянув ручонки, в каждой из которых – огромная катушка нитей для отца.

Группа протискивается свозь узкие улочки, и тебе стыдно, что ты принимаешь участие в этой экскурсии. Тебе стыдно за экскурсовода, несущего над головой раскрытый зонт, несмотря на то что на небе ни облачка, и говорящего слишком громко. Ты пытаешься поймать другие звуки. Вокруг квохчут невидимые куры, а туристы торгуются с владельцами магазинчиков. Ты вдыхаешь запахи еды, готовящейся в квартирах на вторых этажах домов. Пахнет шафраном, чесноком, бараниной. Внезапно тебя одолевает голод. Скоро время обеда.

Несколько человек из вашей группы хотят зайти в обувной магазин.

– Впереди есть один получше, – заявляет экскурсовод. – Мы будем там через несколько минут. – Ты подозреваешь, что он заключил соглашения с некоторыми торговцами и получает комиссию за то, что приведет свою группу к ним, а не к их конкурентам.

Ты проходишь мимо ювелиров, сосредоточенно корпящих над маленькими черными статуэтками газелей. Сталкиваешься нос к носу с головой оленя. Проходишь бесчисленную череду лавок, торгующих коврами, висящими на стенах, как гобелены. Они пахнут кислым зноем, словно одежда, которую только что вынули из сушилки после того, как она долго пролежала сырой. Идешь мимо прилавка с фруктами, на котором выстроены треугольник из апельсинов и холмик из яблок.