Юрий Поляков - Красный телефон [сборник]

– Павлик, вся надежда на тебя! Найди девочек…

– А мальчиков не надо?

– Таких указаний не было… – растерялся он. – А что, есть информация?

– Шучу. Это Третий Любимый Помощник «голубой», как яйца дрозда, а Оргиевич – нормальный мужик!

– Ну и шутки у тебя! Значит, девочек… И лучше русских, их тут много по ночным клубам пляшет. Местных не надо – они нас сразу прессе сдадут… Еще и сами опишут, жоржсандки хреновы! Да, чуть не забыл – ужин тоже тебе придется оплатить… Сам знаешь, как посольства теперь финансируются – скрепки купить не на что!

– А что я с этого буду иметь?

– Лично представлю тебя Оргиевичу!

– Мало. Знаете, во сколько мне влетит эта «бордельера»?

– Что еще?

– Братеева там быть не должно!

– Ну ты и мстительный.

– Козлов надо наказывать.

– Согласен.

Познакомиться в непринужденной обстановке с самим Вторым Любимым Помощником – о чем еще можно мечтать! Человек, удачно выпивший вместе с десятым клерком, который в администрации Президента промокашки носит, получает иной раз возможность заработать столько, что и отдаленные потомки не будут знать, куда еще засунуть наследственную зелень. А тут сам Оргиевич!

Но, пораскинув мозгами, на организации «бордельеры» я решил еще и заработать. К стенду «Аэрофонда» уже несколько раз подходил французский хмырь, обсыпанный перхотью, как конфетти. Он имел в России серьезные интересы, разнюхал о предстоящем визите Оргиевича и все выпытывал, когда тот должен посетить авиасалон. Я навел справки и выяснил, что хмырь был чуть ли не последним Бурбоном, наследником французского престола, и славился деловыми связями, а также грандиозными пьянками, которые регулярно устраивал в своей огромной квартире на Елисейских Полях. Я заслал к нему Катерину. Бурбон не только согласился полностью профинансировать «бордельеру» у себя в квартире, но и предложил мне сто тысяч франков за посредничество. Возможность нажраться и покуролесить в обществе Второго Любимого Помощника, попутно решив деловые вопросы, стоит дорого!

С прикомандированным ко мне советником по культуре мы объехали лучшие ночные клубы и отобрали дюжину танцовщиц – милых, изящных дев с крупами нежными, как шелк, и твердыми, как курс на рыночную экономику. Мы брали только «экстра-класс» и никого из серии: «Мужчина, не хотите ли познакомиться с моей киской?» Эх, вот почему, как верно заметил Серега Таратута, нет женщин в русских селеньях – они все давно в парижских и гамбургских борделях.

Проинспектировать девушек я поручил Катерине, еще злой после подлого поведения Антуана и ночного исполнения роли Жанны д’Арк. Получив от временного поверенного общее представление о сексуальных пристрастиях Помощника, она осмотрела девиц с дотошной ненавистью эсэсовки, отбирающей славянок для господ офицеров.

Советник по культуре, в прежние годы курировавший по линии КГБ проституток, кормившихся вокруг Интуриста, провел суровый инструктаж:

– Шаг влево, шаг вправо – поедете на родину. И ни одна сука никуда дальше Смоленска сиську не протащит! Вам ясно?

– Ясно…

– Человек с вами будет большой, очень большой! Забудете о нем, как только все закончится. Ясно?

– Ясно…

– Никаких презервативов. Не любит. И полная стерильность. Если у него хоть кольнет потом или капнет, я вам ваши кормилицы навсегда запломбирую! Ясно?

– Я-я-ясно-о… – блеял «экстра-класс», испуганно переглядываясь.

Мне их стало немного жаль, и я приободрил:

– Гонорар тройной, как на Северном полюсе. Не бойтесь, девушки, кому не достанется Большой Дядя – я всегда к вашим услугам!

Катерина усмехнулась.

– А ты, милая, будешь сидеть в шале и греть мне постельку! – поставил я на место свою любимую секретаршу.

– Как скажешь, Зайчуган! – покорно шепнула она.

Ведь знал же, что ее покорность заканчивается обычно большой пакостью, но прошляпил и на этот раз!

Временный поверенный был в восторге от того, как выполнено задание. А Второй Любимый Помощник удовлетворенно улыбнулся, оглядев стол, в гастрономическом отношении представлявший собой совершенно бессмысленное, но эффектное смешение французской и русской кухни: седло ягненка под соусом из трюфелей соседствовало со стопкой блинов и ведром красной икры. Посреди стола на огромном серебряном блюде в позе андерсеновской русалочки сидела одна из девушек, обложенная по окружности королевскими креветками. Вдоль одной стены выстроились одетые во фраки официанты, напоминавшие стрижей на телеграфном проводе, а вдоль другой – голые девочки, прикрытые для пикантности листиками кудрявого салата.