Би Фэйюй - Китайский массаж

— Послушай меня, пойдём. Если ты не ляжешь спать, то и другим не уснуть.

Цзинь Янь отстранилась со словами:

— Нет, тётушка Цзинь, не плакать не прокатит!

Тётушка Цзинь в глубине души вздохнула. Времена действительно изменились, молодые люди говорят так, что и не поймёшь. Что значит «не плакать не прокатит»?

Слова «я люблю тебя» в конечном итоге произнесла Цзинь Янь, прижимаясь к груди Тайлая. Тайлай испытывал неуверенность, любовь вселяла в него ужас, а признания в любви — ещё больший ужас. Но Цзинь Янь ощутила, насколько он ею дорожит. Он боялся Цзинь Янь, боялся разбить её, расплавить её, потому напрягался так, что еле дышал, аж пальцы не гнулись. Цзинь Янь, свернувшись на груди Тайлая, растаяла и по неосторожности три заветных слова слетели-таки с её губ. Ну, не говорит он — и ладно, не надо принуждать. Цзинь Янь в итоге раскусила, что в любви Тайлай типичный крестьянин: трусоватый, неуклюжий, простодушный, твердолобый. Всё это недостатки.

Но однажды эти недостатки стали характеристиками любви, отличительными чертами. Цзинь Янь решила стать змейкой на груди у крестьянина. Разумеется, не ядовитой, а водяной, маленькой извивающейся водяной змейкой. Змеям положено кусать людей. Ей тоже захотелось. Её любовь всегда желала отрастить зубы. Цзинь Янь подумала-подумала да и засмеялась беззвучно:

— Тайлай, я хорошая?

— Хорошая…

— Любишь или нет?

— Люблю…

— А перед сном обо мне думаешь?

— Думаю…

— Ты сможешь всю жизнь обо мне заботиться?

— Смогу…

И тут Цзинь Янь его укусила, не в шутку, а по-настоящему. Она укусила его за шею, и только когда Тайлай вскрикнул от боли, разжала зубы.

— Больно тебе?

— Больно…

— Ты знаешь, что я тебя тоже люблю?

— Знаю…

— Ты знаешь, что я хочу выйти замуж за такого, как ты?

— Знаю…

— Ты меня тоже укуси.

— Не буду…

— Кусай!

— Не буду…

— Почему?

— Не хочу сделать тебе больно.

Этот ответ растрогал Цзинь Янь. Растроганная, она ещё раз укусила Тайлая за шею. Их свидание не продлилось ещё и часа, а у Тайлая уже живого места не осталось.

Цзинь Янь словно бы вдруг что-то вспомнила, оторвалась от груди Тайлая, потом крепко прижала его к своей груди и задала необычайно важный вопрос:

— Тайлай, а я ведь красивая! Я бесподобная красавица, ты знаешь?

— Знаю…

Цзинь Янь схватила Тайлая за руку со словами:

— Пощупай, красивая?

— Красивая…

— Ещё пощупай! Красивая?

— Красивая…

— Насколько красивая?

Сюй Тайлая вопрос поставил в тупик. Он был слеп от рождения и никогда не знал, что такое красота. Сюй Тайлай долго собирался с мыслями, а затем произнёс торжественным голосом, словно присягал на верность:

— Даже краше, чем мясо, тушёное в соевом соусе!

Доктор Ван пошёл к родителям один. Он не стал брать с собой Сяо Кун, поскольку голос матери по телефону звучал как-то напряжённо. Доктор Ван не стал вдаваться в расспросы, закончил сеанс, предупредил Ша Фумина и отправился домой. На самом деле его всегда мучил страх — хотелось сблизиться с родственниками, но при этом хотелось и держаться от них подальше. Основная проблема заключалась в том, что он просто не знал, о чём говорить с родителями. По логике, после возвращения в Нанкин доктору Вану стоило бы почаще навещать родных, вот только он этого не делал. Он звонил домой каждый день, но чисто для галочки. Более того, с точки зрения обывателя, доктор Ван переживал сейчас бурный роман, а разве плохо для влюблённых почаще захаживать к родным? Ведь по чужим углам многие вещи делать не удобно. Но доктор Ван всё равно не хотел, он предпочитал жить вдали от родителей, что стало навязчивой идеей, он словно уже привык к этому.

Стоило войти, доктор Ван сразу же почувствовал, что дома что-то неладно. Родители молчали, но кроме них в квартире был кто-то ещё. Что случилось? Всё покрыто мраком…

Доктор Ван внезапно запаниковал, пожалел, что по дороге домой не позвонил младшему брату. Как ни крути, брат здоровый человек, опора семьи. Если бы брат был здесь, то дома всё было бы иначе. К счастью, доктор Ван промолчал, поздоровался с матерью, потом с отцом, нащупал одной рукой диван, а второй телефон в кармане и набрал номер младшего брата.

— Это старший сын? — спросил чей-то приятный голос.

Доктор Ван притворился, что удивился, улыбнулся и сказал:

— Так у нас гости, как вас величать?

В этот момент телефон в кармане доктора Вана сообщил: