Хелен Брайан - Долина надежды [litres]

Дни стали длиннее, на деревьях набухли почки, известковые холмы покрылись свежей зеленью, и овцы с ягнятами вновь точками запятнали их склоны, как было и прошлой весной. В лесу зацвели примулы и колокольчики, но она не чувствовала радости. В надежде порадовать ее садовник принес из теплицы первую землянику и спаржу. София решила, что они совершенно лишены вкуса, хотя миссис Грей взахлеб хвалила их.

Она попыталась, как того от нее и ожидали, проявить интерес к деревенской жизни. Посетив школу, София выслушала декламацию мальчиков и похвалила образцы вышивки девочек. В день вручения наград она передала Библии лучшим ученикам и смотрела, как девочки водят хоровод вокруг майского дерева. В честь столь торжественного события она распорядилась подать чай с ветчиной и пирожными прямо в саду, где садовник, ухитрившись, вынудил зацвести ранние розы и пионы. Ярко светило солнце, дети смеялись и кричали, арендаторы скидывали с голов шапки, а их жены, наряженные в лучшие воскресные платья, шептались, что бедная госпожа являет собой очень печальное зрелище в этот солнечный денек, и сожалели о том, что она не вышла замуж за сквайра Хокхерста. «Почему она отказала ему, – спрашивали они друг у друга за чаем. – Ведь ей так был нужен супруг и собственные дети. Они бы согрели ей душу и сердце куда сильнее, чем все ее огромное состояние. А теперь она осталась в большом мире совсем одна».

Весна сменилась унылым дождливым английским летом. И вот однажды в пасмурный июньский день в Сассекс под проливным дождем после долгой поездки явились поверенные лорда Графтона. Старый дворецкий распахнул дверь двум мрачным джентльменам под зонтиками, с которых струями стекала дождевая вода и которые пожелали увидеть мисс Графтон. Дворецкий надменно сообщил им, что мисс Графтон пребывает в трауре и потому не принимает посетителей.

– Ей придется принять или нас, или судебных приставов, – резко бросил старший из поверенных.

Дворецкий проводил их в библиотеку и послал за своей госпожой.

Когда София, бледность и безжизненный взгляд которой были особенно заметны на фоне ее траурного платья, пожала им руки и опустилась в кресло, дворецкий пробормотал, что сейчас пришлет миссис Беттс с мадерой и печеньем, после чего удалился. Поверенные выпили, закусили и выразили свои соболезнования. После чего оба мужчины погрузились в неловкое молчание, глядя в пол и на носки своих мокрых башмаков.

София поняла, что случилось что-то неприятное.

– Чем вызван ваш визит? Не думаю, что вы проделали столь долгий путь, да еще в такую ненастную погоду, только для того, чтобы обсудить возможность продажи лондонского особняка или повторить свои соболезнования, уже изложенные вами в письмах. Прошу вас, будьте со мной откровенны.

Старший поверенный вздохнул:

– Мисс Графтон, мы так и не получили ответа ни на одно из наших многочисленных писем. Мы сожалеем о доставленных неудобствах, но у нас не оставалось иного выбора, кроме как увидеться с вами лично и настоять на обсуждении некоторых срочных вопросов, кои требуют от нас большей откровенности, чем вам хотелось бы услышать.

– Срочные вопросы? Я пребываю в трауре, сэр. Разве не могут они подождать?

– Не могут, мисс Графтон. Сейчас я все объясню. Во-первых, мы избавились от лондонского особняка.

– По какому праву? Я не давала вам своего разрешения! – София пришла в негодование. – Я еще не решила, когда вернусь в Лондон, и желаю сохранить жилье в столице.

– Продолжение аренды стало бы непосильной ношей для поместья. Я сожалею о том, что принес вам дурные известия, мисс Графтон, но, как вам известно, три года назад ваш отец заложил поместье под большие проценты в расчете на получение урожая табака в течение года или в крайнем случае двух. Тогда возникла необходимость срочно получить значительную сумму денег, что было возможно только при чрезмерной процентной ставке. В обычных условиях мы бы никогда не порекомендовали пойти на такой шаг, но в тот момент это представлялось вполне обоснованным.

Согласно оценке мистера Баркера, нажить состояние можно было достаточно быстро. К несчастью, у нас имеются все основания полагать, что мистер Баркер ввел нас в заблуждение относительно прибытия первой партии табака. Она так и не была отправлена, и, несмотря на наши запросы, мистер Баркер либо не может, либо не желает сообщить нам, когда бы мы могли ожидать ее. Собственно говоря, мы не имеем возможности хотя бы подтвердить, что табак вообще был посеян, хотя агенты в Лондоне предъявили нам счета расходов – очень больших расходов, – которые произвел мистер Баркер от имени вашего отца, заказывая товары и оборудование, которые были отправлены в Вирджинию на плантацию «Лесная чаща». При этом ваш отец был вынужден понести дополнительные траты, а также перевести в Вирджинию бóльшую часть дохода, полученного от поместья за последние три года. Собственно же доход от поместья совсем не так велик, каким его полагал лорд Графтон, и остается таковым в течение вот уже некоторого времени. Но расчет строился на том, что, как только поместье в Вирджинии начнет приносить прибыль, она покроет недостачу от поместья в Англии. Отчасти именно поэтому мы и посоветовали ему поступить таким образом.