Хелен Брайан - Долина надежды [litres]

Лорд Графтон решил, что София уже вполне готова к тому, чтобы появиться в обществе, и сообщил ей радостную новость о том, что на Рождество она будет представлена при дворе. А после того как София впервые выйдет в свет, она сможет появляться на балах и танцевать столько, сколько ей вздумается. Лорд Графтон ничуть не беспокоился насчет ее первого сезона, полагая его лишь кратким периодом развлечений совместно с другими молодыми людьми между учебой и замужней жизнью в деревне и материнством. Пусть уж танцует, с кем хочет, снисходительно думал он. Вреда от этого не будет. Он полагал, что София, в отличие от многих юных девушек, начисто лишена романтической сентиментальности, и был уверен, что она никогда не забудется настолько, чтобы влюбиться, как пишут в романах, без его одобрения и позволения. Они с леди Бернхэм приложили все усилия к тому, чтобы она уяснила, в чем заключается ее ответственность перед будущим.

Пока София с головой ушла в подготовку к столь знаменательному событию, лорд Графтон принялся составлять краткий список подходящих женихов. В аристократических фамилиях на первом месте неизменно стояла обязанность продолжения рода, и браки представляли собой династические союзы, заключаемые еще в то время, когда их участники были совсем юны. И если девушка, выпорхнув из классной комнаты, еще не была замужем, но получала право на первый сезон, то целью родителей было познакомить с нею представителей приличных семей, дабы заключить как раз такой союз. Обыкновенно уже к концу своего первого сезона девушка с хорошей родословной была обручена и вскоре выходила замуж. И, составляя такой список, лорд Графтон делал именно то, что от него и требовалось.

Лорд Графтон полагал, что условия, предъявляемые им к супругу Софии, не станут препятствием для ее брака, не говоря уже о ее состоянии. Он наивно верил, что руки́ Софии претенденты станут добиваться и ради нее самой – она была всем, чем и должна быть мисс Графтон. В том, что его дочь была настоящей красавицей, у него не оставалось ни малейших сомнений. Прежняя девчонка-сорванец исчезла без следа. Теперь в ней непостижимым образом сочетались приятные, изысканные манеры и живой, острый ум, которые забавляли его и приводили в отчаяние ее крестную мать. София станет украшением любого дома, и ее супругу, кем бы он ни был, не придется скучать в ее обществе. Да, в ней чувствовалась властность, и она обожала командовать, но лорд Графтон полагал, что это качество весьма пригодится ей впоследствии, когда ей придется заботиться о своей семье, разбираться с проблемами прихода и осуществлять надзор за воспитанием и образованием своих детей.

Леди Бернхэм, которую куда больше заботила нравственная чистоплотность, нежели внешний вид или ум, старалась привить своей подопечной достойные принципы и чувство «положение обязывает», кои должны быть неотъемлемой частью характера любой знатной дамы. Разумеется, Графтоны щедро жертвовали на то, чтобы облегчить положение бедняков и неимущих в графстве, выстроили дом призрения и ремонтировали дома арендаторов, а Кэтрин даже основала в деревне школу. И София должна быть готова продолжить их дело.

Леди Бернхэм была вознаграждена уже тем, что ее усилия пробудили в Софии чувство долга по отношению к тем деревенским жителям, кто веками служил семейству Графтон. Девушка тщательно и подробно расспросила крестную о своей будущей роли в деревне. Собственно говоря, перспектива обзавестись новой сферой влияния привела ее в восторг. София уже представляла, как арендаторы Графтонов приседают перед нею в реверансе или обнажают головы, а сама она – в симпатичной шляпке и длинной мантилье – отдает распоряжения о том, как сделать школу лучше, вручает награды и знаки отличия и великодушно раздает детишкам сладости и Библии. К ней будут уважительно обращаться учителя, ее будут любить и обожать так же, как и ее мать.

Но для Софии эти розовые перспективы представлялись куда более отдаленным будущим, нежели полагал лорд Графтон. Он много думал о том, каким бы хотел видеть будущего мужа Софии, и даже заготовил перечень возможных союзов. В своем выборе он полагался на два критерия. Во-первых, супруг Софии должен подходить на роль главы будущей династии Графтон, и положение в обществе либо состояние не играли здесь особой роли. Софии вовсе не обязательно было выходить замуж, дабы обзавестись титулом или добавить к своему имени иной знак отличия. Графтоны древностью рода превосходили не только Ганноверскую династию и Стюартов, но и Тюдоров и даже Плантагенетов, поэтому старинная родословная Софии перевешивала любой более поздний титул. За кого бы ни вышла замуж София, она навсегда останется Графтон и дочерью виконта. Что касается состояния, то и здесь выходить ради него замуж ей не было нужды. Ее собственное состояние было весьма внушительным для кого угодно, а поместье Графтонов вообще считалось бриллиантом в его короне.