По мере того как контуры друзей и родных становились более четкими, все вокруг них – деревья, трава, пруд и эстрада для оркестра – расплывались.
Джулиан ощутил острый приступ тоски по прошлому, словно в его сердце вонзился кинжал.
Он ждал, когда боль утихнет, но она не утихала. Она расширялась, доходя до кончиков пальцев рук и ног, пока Джулиан совсем не перестал чувствовать свое тело. Осталось лишь ощущение боли. Боль превратилась в свет – яркий и ослепляющий, потом в металлический привкус, а потом в звук. Пронзительный вопль, переходящий в звон, а потом ничего. Совсем ничего.
Дейв грустил оттого, что этот рабочий день подходит к концу. Обычно он торопился запереть ворота парка и отправиться в паб, но сегодня он работал в одной смене с Салимой, одной из новых практиканток, и время прошло так быстро. Всю смену он пытался набраться храбрости и пригласить ее в кино. Уже почти стемнело. Он упустит эту возможность.
– Дейв, подожди! – сказала Салима, и он подскочил от неожиданности. – Там кто-то сидит в шезлонге?
Он посмотрел в ту сторону, куда она показывала, – туда, где была эстрада для оркестра.
– Пожалуй, ты права. Всегда кого-нибудь найдешь после закрытия! Останься здесь, а я пойду и выгоню его. Не хочу, чтобы кто-то остался здесь запертым на ночь. Смотри, как я это делаю – вежливо, но твердо, в этом вся штука. – Он въехал в карман для парковки и выключил двигатель. – Я недолго.
Он пошел в сторону мужчины, сидевшего в шезлонге, стараясь идти широкими размашистыми шагами, поскольку знал, что Салима смотрит ему в спину. Подойдя ближе, он понял, что нарушитель довольно стар. И он спит. Рядом с ним, как часовой, сидел старый лохматый терьер, глядя немигающими, мутными от катаракты глазами. Наверное, правильно было бы предложить подвезти старика и собаку домой, при условии, что он живет недалеко. Тогда он сможет подольше побыть с Салимой и показать свою доброту. Он ведь и был добрым.
Мужчина улыбался во сне. Дейв подумал: а что ему снится? Наверное, что-то хорошее.
– Привет! – сказал он. – Простите, что бужу вас, но пора домой.
Он положил руку на плечо мужчины и немного потряс его, чтобы разбудить. Что-то здесь было не так. Голова человека упала на одну сторону как-то безжизненно.
Дейв приподнял холодную кисть человека и пощупал пульс. Ничего. И никаких признаков дыхания. Дейв никогда прежде не видел покойников и тем более не прикасался к ним. Немного дрожащими руками он достал телефон и стал набирать 999.
Потом он заметил, что мужчина держит что-то в другой руке. Тетрадь. Дейв осторожно разжал пальцы мужчины. Может быть, это важно. Может быть, она пригодится ближайшим родственникам. Он взглянул на обложку. На ней красивым почерком было выведено: «Правдивая история». Дейв осторожно засунул тетрадь во внутренний карман пиджака.
Для меня «Правдивая история» – очень личная история. Пять лет назад я, как и Алиса, жила вроде бы идеальной жизнью, но на самом деле все было по-другому. Как и Хазард, я была зависимой. Моим пагубным пристрастием было вино, дорогое, высококачественное вино. Поскольку бутылка стоит дорого, ты не алкоголик, а ценитель, верно? После многих неудачных попыток завязать я решила, как Джулиан, рассказать миру свою правду и начала вести блог о моей борьбе с алкоголем, который превратился в книгу «Дневник трезвенницы».
Я обнаружила, что, рассказывая правду о своей жизни, можно сотворить чудо и изменить к лучшему жизнь многих других людей. Поэтому первую благодарность я выражаю всем людям, прочитавшим мой блог и мою автобиографию и не поленившимся связаться со мной, чтобы рассказать, каким образом это на них повлияло. Этот роман вдохновлен вами.
Я пришла в ужас оттого, что перехожу от документальной прозы к беллетристике, и, не будучи уверенной в своих возможностях, записалась на трехмесячные писательские курсы при литературном агентстве «Curtis Brown». Недавно я вновь просмотрела свое заявление и отрывок в три тысячи слов из «Книги, изменившей жизнь», как она тогда называлась. Это было чудовищно, и я выражаю огромную благодарность моей преподавательнице Шарлот Мендельсон, а также Анне Дэвис и Норе Перкинс.
Одной из самых замечательных вещей на курсах «Curtis Brown» была потрясающая группа писателей, с которыми я там познакомилась. После окончания курсов мы организовали «Писательский клуб», где по-прежнему регулярно встречаемся, чтобы познакомиться с работами друг друга за стаканом пива для них и воды для меня, посмеяться и поплакать над той чередой взлетов и падений, какой является жизнь писателя. Спасибо всем вам, Алекс, Клайв, две Эмили, две Дженни, Джефри, Наташа, Кейт, Кира, Мэгги и Ричард. И особая благодарность Максу Данну и Зои Миллер, которые первыми прочли мой первый ужасный черновик.
Читать дальше
Спасибо автору за полученное удовольствие.