Ник Картер - Серия Киллмастер автора Ральфа Хейса

Голос, который раздался по линии, принадлежал одному из помощников Хока. «Старик на собрании, и он сообщает, что будет связан надолго. Он говорит, чтобы вы взяли выходной и поговорили с ним завтра».

«Спасибо», - сказал я и, нахмурившись, повесил трубку. Когда Дэвида Хоука связывали долгие встречи, это обычно означало, что с нашей стороны что-то пошло не так.

Нетерпение грызло меня, когда я снял все свое оборудование - люгер в наплечной кобуре, стилет в рукаве, небольшую газовую бомбу, которую я часто носил приклеенной к внутренней стороне бедра, - и вошел в душ. Иногда мое дело было похоже на военное: поторопись или подожди. Вот уже два дня я был в Вашингтоне в ожидании приказов, а Хоук все еще не сказал мне, в чем дело. Когда дело дошло до непостижимости, многие жители Востока могли бы извлечь уроки у худощавого старого профессионала, который руководил операциями AXE.

Хоук вызвал меня в столицу из Нью-Дели, где я только что выполнил задание. Вызов был помечен как «Приоритет 2», что означало, что срочное дело готово. Только инструкции Приоритета Один могли быстрее доставить агента к дому, а Приоритет Один был зарезервирован для сообщений, отправляемых, когда Президент был на горячей линии, а Государственный секретарь грыз ногти до суставов.

Однако с момента прибытия мне удалось поговорить с Хоуком только один раз, и этот разговор был кратким. Он сказал мне только, что у него намечается задание, которое было прямо в моем переулке.

Это, вероятно, означало, что меня могут убить.

Обернув полотенце вокруг талии, я слушал новости, пока брился. Теперь в мире происходило многое, чего не происходило раньше, и по большей части это было не очень хорошо. Наряду с унылой погодой этого было достаточно, чтобы послать преданного друга в бар за еще одним двойным бурбоном. Но это была ночь, которую нельзя было бы значительно скрасить, если бы мужчина знал правильную девушку. И я знал одну.

Ее звали Эллен. Она работала на одного из тех дорогих адвокатов, которые специализируются на рассмотрении дел в Верховном суде. Я не знал, насколько он хорош в качестве адвоката, но если его краткие сводки были наполовину такими же великолепными, как его секретарь, он, вероятно, никогда бы не проиграл дело.

Я не виделся с Эллен почти год, но поскольку она знала, чем я занимаюсь, мне не пришлось предлагать никаких длинных объяснений, когда я звонил ей. Она сказала, что откажется от других планов на вечер. Я поехал через город к ее квартире на машине, которую AX предоставил для меня. Туман был настолько густым, что мне приходилось двигаться со скоростью улитки.

На Эллен было облегающее черное платье с глубоким вырезом. Она взяла мой плащ, затем обняла меня за шею, прижалась ко мне своей полной грудью и поцеловала меня, от которого брови статуи растопились бы.

«Не тратьте время зря», - сказал я ей.

«С тобой никогда нечего терять. Сегодня ты здесь, завтра ушел». Она улыбнулась мне. «Я так понимаю, ты все еще работаешь на этого мерзкого старика, Хоука?»

«Верно, но сегодня я весь твой».

Она приподняла бровь. «Звучит очень интересно, мистер Картер».

Мы решили не выходить на улицу. Погода была слишком паршивой, и, кроме того, правда заключалась в том, что никто из нас не хотел отходить слишком далеко от спальни. После того, как Эллен поджарила нам бифштексы толщиной, как Sunday New York Times, мы сидели, пили вино и говорили о том, что случилось с нами за год с тех пор, как мы виделись. Она рассказала мне о своей деятельности, и я рассказал ей, где был, если не обо всем, что сделал.

Затем я поставил стакан и подошел к ней на длинном диване. Медленно улыбнувшись, она допила остаток вина, а затем наклонилась, черное платье сползло с ее белой груди, и поставила свой бокал рядом с моим.

«Наконец-то, Ник, - сказала она. «Я начинал думать, что ты никогда не дойдешь до этого».

Я тихонько рассмеялся и позволил своим пальцам скользнуть вниз по ее платью и по мягкости ее груди. Ее сосок был твердым и натянутым на моей ладони. Я поцеловал ее и почувствовал ее стремительный язык, а затем она повернулась и упала мне на колени.

Задержавшись на ее губах, я исследовал его, пока она не ответила горячо. К тому времени, когда поцелуй закончился, у нее перехватило дыхание, ее груди подергивались вверх и вниз.

«Ник, это было слишком долго».

«Да, действительно, - подумал я.

Поднявшись, я поднял ее на ноги, потянулся и расстегнул платье сзади. Я медленно спустил ремни с ее плеч, затем обнажил полную грудь. Я поцеловал ее снова, и ее руки скользнули по моей спине.