Александр Бушков - Сборник Спаситель Короны

— Да, конечно, — кивнул Сварог.

— Если вы понимаете эти тонкости…

— Прекрасно понимаю, — сказал Сварог. — Не новичок в купеческом деле. И я, и мои компаньоны заранее предвидели, что для пущего успеха дела следует создать здесь, на месте, новый торговый дом и принять в него пайщиками людей… превосходно знающих местные проблемы и оттого способных оказаться крайне полезными… Вы согласны с такой идеей?

— Ну конечно же! — вскричал бургомистр, не сделав паузы ни на миг. — Великолепная идея!

— Вот только, я думаю, не стоит умножать сверх необходимости число пайщиков, — сказал Сварог с тонкой улыбкой. — Не ограничиться ли нам здесь присутствующими? Или у вас будут возражения?

— Никоим образом, — сказал Сувайн. — Больше пайщиков — меньше доходов…

— Никоим образом! — ликующе подхватил бургомистр. — Уж не засесть ли нам прямо сейчас за составление планов, господа?

— Если не возражаете, я бы присоединился чуть погодя, — сказал Сварог. — Нужно же наконец взглянуть на все, что наш приказчик здесь купил… А вы пока что, господа, можете обдумать эту идею.

Как он и рассчитывал, оба не стали набиваться ему в провожатые — бургомистр, пылая жаждой наживы, потащил из стола чистые листы бумаги. Чтобы соблюсти видимость вежливости, он спросил:

— Я надеюсь, вам не нужен провожатый?

— К чему? — пожал плечами Сварог. — Со мной приехали двое приказчиков, они наверняка успели уже все осмотреть — шустрые парни. И уж, конечно, проводят…

На лестнице он хлебнул отрезвляющего зелья из склянки, посмотрел на часы. Светское общение с местными властями отняло едва ли не два часа, но по-иному, увы, здесь и не получилось бы. Это в крупном городе, привыкшем к превеликому множеству заезжих купцов (а то и к самолетам) преспокойно можно, не привлекая ничьего внимания, сходу отправиться к нужному дому хоть целой дюжиной. Но здесь, где на каждого приезжего оборачивается вся улица… Да вдобавок прилетев на самолете…

Едва он сделал несколько шагов от крохотной ратуши, как из корчмы неподалеку моментально появились, направились к нему двое, в которых любой за версту признал бы приказчиков — понятия не имея, что угодил пальцем в небо…

— И что там? — спросил Сварог.

Оба двигались следом, почтительно приотстав на полшага, как и полагается сопровождающим патрона вымуштрованным приказчикам.

— Домишко простоял пустым полгода, ваша милость. Наследников не нашлось, он и перешел к городу как выморочное имущество.

— Владелец?

— Какой-то старый дворянин. Лет пять назад перебрался сюда из главного города провинции, когда совсем промотался и издержался. А здесь жизнь дешевая.

— Что о нем здесь говорят?

— Ничего интересного, ваша милость. Старикашка был чванный, ни с кем практически не общался — ну и ему, естественно, никто не навязывался. Даже в здешние питейные заведения заходить считал ниже своего достоинства. Вино и пиво заказывал домой. Слуг по причине бедности не держал — кухарка и та была приходящая. Сидел дома сиднем…

— Вообще-то этакое затворничество может иметь и другие причины, кроме чванства и бедности…

— Понимаю, ваша милость, — кивнул сыскарь. — Нет, ровным счетом ничего такого . Уж если бы после его смерти в доме нашли хоть что-то необычное , обязательно рассказали бы — такое тут год обсуждали бы… Нет, ничего такого. Обычные убогие пожитки разорившегося дворянина, вынужденного прозябать в глуши. Там, конечно, может оказаться и тайник — кто бы здесь вздумал искать тайники, местным и в голову не придет…

— Пожалуй, — сказал Сварог. — А что сталось с пожитками?

— Мебель всю оставили, как стояла. Одежонку в большом городе раздали бы нищим, а посуду и прочие мелочи отправили к старьевщику, но в этой дыре нет ни нищих, ни старьевщиков. Так что все попросту сложили в мешок, запечатали казенной печатью и упрятали в подвал ратуши — вдруг будущему покупателю что-то оттуда да понадобится.

Ничего необычного в доме, повторил про себя Сварог. Действительно кому (неважно, здесь или в столице) покажется необычным самое обыкновенное зеркало на стене…

— Интересно, почему дом простоял непроданным целых полгода? — сказал он, размышляя вслух. — Не бог весть какие деньги за него, судя по купчей, получили, но для здешней казны и это — прибыток…

— А я местным с дурацким видом задал этот вопрос, ваша милость, — усмехнулся сыскарь. — Растолковали подробно. Местная специфика, понимаете ли. Здешних в первую очередь интересует не дом, а сад и земля, пригодная под огороды. Вот с этим как раз обстояло не лучшим образом. Сад небольшой, да вдобавок хозяин его запустил совершенно: благородному дворянину, известно, в позор заниматься садоводством. У себя в поместье — другое дело, но домишко-то не попадает в категорию поместья или имения. А кусочек земли, что годится под огород, зарос бурьяном в человеческий рост. Изгорбатишься, пока приведешь его в божеский вид. Местные говорят, рано или поздно кто-нибудь обязательно приобрел бы, цена ведь небольшая — но только после уборки урожая или как там это у огородников называется — когда будут и время, и рабочие руки, чтобы расчистить все как следует…